Фредерика

 — К несчастью, он скончался; а поскольку он был на несколько лет еще старше меня, сомневаюсь, чтобы вы когда-нибудь встречались с ним.

— Действительно, я его не знал, — согласился Эндимион. — Но теперь знаю! Вы стали попечителем его детей, кузен! Мама говорила мне об этом. Еще она сказала, что вы даете для них бал. Она, по-моему, не в восторге от этого, правда, почему!

Он снова посмотрел на нетерпеливое лицо Феликса и поднял одну бровь.

— Кроме того, уверен, что этот мальчуган совсем не хочет идти на бал, не так ли, малыш?

— Нет! — воскликнул Феликс нетерпеливо. — Я хочу в литейную мастерскую!

— Успеешь, Феликс! — успокоил маркиз. Он бросил насмешливый взгляд на своего наследника и спросил:

— Не хочешь присоединиться к нам, Эндимион?

В представлении мистера Даунтри литейные цеха были связаны с изготовлением ружей, и он со знанием дела сказал:

— Артиллерия? Нет, это меня не интересует.

Он распрощался с Алверстоком и продолжил свой путь, ничуть не удивившись и не испытывая любопытства и сомнений, которые терзали его матушку по поводу объяснений Алверстока о его отношениях с неведомыми Мерривиллами.

Слабая надежда Алверстока на то, что их не впустят в мастерскую, была разрушена в первую же секунду. Его бесценный секретарь прекрасно подготовил почву для появления маркиза: как только он вручил у дверей свою карточку, они тут же распахнулись, перед ним предстал хозяин и любезно предложил провести его по всему зданию. Он не только сообщил, что для него огромная честь принимать у себя его светлость, но также обещал осветить любые тонкости и сложности современной машины, какие только его заинтересуют. Это убедило Феликса в том, как он был прав, настаивая на сопровождении самого маркиза, а не Тревора.

— Он ни за что не предложил бы всего этого мистеру… мистеру, как-его-там, — прошептал он торжествующе."

"Хозяин литейной, будучи главой большого семейства, не обнаружил ни в одном из собственных отпрысков даже искры своего гения. Зато через пять минут знакомства с младшим Мерривиллом он нашел в нем родственную душу, и маркиз, к своему великому облегчению смог благополучно отойти на второй план. Он покорно следовал за этими двумя энтузиастами, и скуку этой экспедиции несколько развеивал интерес, который он неожиданно почувствовал к Феликсу. Мало что зная, да и не очень желая знать о воздуходувных машинах или пневматических подъемниках, он очень скоро понял, что вопросы Феликса обнаруживали знания, которые вызвали уважение специалиста. Маркиз начинал понимать, что в Феликсе было больше интересного, чем он предполагал сначала, и не удивился, когда в конце этой утомительной экскурсии хозяин поздравил его с тем, что молодой джентльмен так прекрасно разбирается в машинах.