Варяг. Мечи франков

И еще то, что дан абсолютно уверен, что в итоге останется в выигрыше.

— Машег, этот мой, — сказал он по-хузарски. — Остальные — твои. По конечностям. Я хочу с ними побеседовать.

— Что еще за утиный язык! — возмутился дан. — На моей земле по-человечески говори!

Наглый. Явно с немалом весом в здешнем обществе. Но не ярл. И это хорошо, что не ярл. Ярлов не бонды сопровождают, а матерые хускарлы. Да и не стал бы ярл тратить время на болтовню, когда решает железо. А этот, похоже, не понимает, что здесь не тинг и не вече. Ну да сейчас поймет.

— Вместе! Бьем! — бросил Сергей по-хузарски и атаковал."

"Надо отдать должное дану, первый удар он парировал неплохо. Взял на древко. Вот только ясень оказался послабей синдского булата. Укороченное на наконечник копье превратилось в простую палку, а кончик сабли на том же махе перечеркнул правое предплечье дана у локтевого сгиба. Затем укол в его левую руку. И удар оголовьем в висок. Пара секунд — и собеседник лишен возможности как биться, так и диспутировать. Машегу потребовалось вдвое больше времени. Ну так у него и целей было больше. Целых четыре. Вернее, три с половиной. Подстреленного чуть раньше псаря за противника можно было не считать. Хотя он, похоже, был самым сообразительным: не в драку кинулся, а дал деру. Бронебойный наконечник сломал ему голень за пару шагов до спасительного оврага. Ранение не летальное, но не побегаешь. Сергей сказал — Машег сделал.

— Мне показалось, он хотел договориться, — проворчал Траин, глядя на корчившихся на травке местных.

— Обиделся, что не удалось подраться? — осклабился Машег. — Варт, я сразу стрелы вырежу или потом из мертвых?

Хорошо хоть, по-хузарски спросил, а не по-нурмански. Люди, которые надеются остаться в живых, более разговорчивы.

Хотя при правильном подходе разговорчивыми становятся все. И у него для этого дела есть свой нурман, которого еще папа учил вдумчивому общению с недругами. А потом еще Грейп пару уроков дал.

— Траин, — сказал он. — Притащи сюда того, что в меня топор бросил. И узнай, за что он меня так не любит. И вообще выясни, что им от нас было надо. Не стесняйся. Разговори их как следует. С каждым поговори. И позаботься, чтоб не врали.

— И о девушке спроси! — вмешался Машег. — Рабыня, за которую просят десять марок, это нечто особенное.

— Спросит, спросит, — пообещал Сергей. — А ты пока проследи, чтоб эти не разбежались. Вернее, не расползлись.

Сам он наклонился к старшему дану и избавил его от боевого пояса. Что тот нападет, Сергей не опасался. Но когда очухается, зарезаться может запросто. И как с ним после этого общаться?

Траин тем временем приволок беглеца. За здоровую руку. Но тот все равно дико орал.

Но ему никто не сочувствовал. Даже соратники. Не швырни он тот топорик, вполне могли бы миром разойтись.