Фавориты Фортуны

Через каждые сто футов – крест, Магн! Он казнил каждого десятого из консульских легионов, чтобы показать им, что думает о трусливых солдатах. И распял всех выживших из армии Спартака, чтобы показать рабам в Италии, что ожидает восставших. Это действия человека, с которым нельзя не считаться, Магн! Это действия человека, который, может, и не хочет гражданской войны – она не сулит ему финансовых выгод, – однако, если сенат прикажет ему, он запросто поднимет против тебя оружие. И у него хороший шанс уничтожить тебя!

Ощущение неопределенности прошло. Лицо Помпея стало упрямым.

– Я прикажу моему писарю переписать письмо, Филипп, а ты прочитаешь его завтра в сенате.

– Ты погубишь себя!

– Не погублю.

Ясно, что беседа подошла к концу. Филипп встал. Он еще не успел выйти из палатки, как Помпей уже снова что-то строчил. На этот раз он обращался к Марку Лицинию Крассу.

Приветствие и тысяча поздравлений, мой старый друг и соратник в борьбе с Карбоном. Пока я утихомиривал Испанию, ты, я слышал, утихомиривал Италию. Мне говорят, что ты превратил консульских трусов в великолепных воинов и научил всех нас, как наилучшим образом справляться с восставшими рабами. Еще раз тысяча поздравлений. Если ты планируешь этим вечером быть у себя, могу ли я заглянуть к тебе – поболтать?

– Ну и чего же он хочет? – спросил Красс Цезаря.

– Интересно, – ответил Цезарь, возвращая письмо Крассу. – Я невысокого мнения о его литературном стиле.

– У него вообще нет литературного стиля! Он дикарь.

– А ты собираешься сегодня оставаться здесь, чтобы наш друг мог «заглянуть поболтать»? Интересно, что кроется за этой фразой?

– Зная Помпея, можно предположить, что он считает ее вполне допустимой. Да, я, конечно, останусь здесь сегодня вечером, – сказал Красс.

– Со мной или без меня?

– С тобой. Ты его знаешь?

– Давно видел его один раз. Сомневаюсь, что он помнит меня или повод, по которому мы виделись.

Помпей это подтвердил, когда явился несколько часов спустя.

– Мы встречались, Гай Юлий? Не помню.

Цезарь не выдержал, засмеялся. Но смех его был дружелюбным.

– Неудивительно, Гней Помпей. Ты смотрел только на Муцию.

Лицо Помпея просветлело.

– А-а! Ты был в доме Юлии, когда я приходил знакомиться с моей будущей женой! Конечно!

– И как она? Я уже много лет ее не видел.

– Я держу ее в Пицене, – ответил Помпей, не подозревая о том, что фраза прозвучала странно. – У нас мальчик и девочка. Скоро, надеюсь, будут еще. Я тоже ее несколько лет не видел, Гай Юлий.

– Цезарь. Я предпочитаю, чтобы меня звали Цезарь.

– Очень хорошо, потому что я тоже предпочитаю, чтобы меня звали Магн.

– Представляю!

Красс решил, что пора вставить слово:

– Садись, пожалуйста, Магн. Ты загорел, возмужал – тебе уже тридцать пять?

– Пока нет.