Фавориты Фортуны

Хотя вождь повстанцев и опустошил каждое зернохранилище и силосную башню по пути своего следования и сделал большие запасы сыров, бобов, овощей, фруктов длительного хранения, хотя он водил с собой тысячи овец, свиней, кур, уток, мысль о том, как уберечь своих людей от голода, тревожила его больше, чем призрак любой римской армии. Наступала зима. Спартак решил, что они должны обосноваться на Сицилии прежде, чем грянут холода.

Итак, в декабре он снова двинулся на юг, к Тарентинскому заливу, и несчастные обитатели этой плодородной равнины лишились своего осеннего урожая и овощей. У Фурий – города, который Спартак уже ограбил во время своего первого появления в этом районе, – он повернул к долине реки Кратис и вышел на Попиллиеву дорогу. Римской армии там не было. Без труда перейдя по дороге горы Бруттия, он спустился в небольшой рыболовецкий порт Скиллей.

А там – через узкий пролив – виднелась она, Сицилия! Небольшое путешествие по морю – и такое долгое странствие закончится. Но какое это будет страшное путешествие! В тех опасных водах обитали Сцилла и Харибда. Как раз за бухтой Скиллея бурлила Сцилла и щелкала тройным рядом зубов в каждой из своих шести голов. А тем временем собачьи головы, опоясывающие ее чресла, выли, пуская слюну. И если кораблю удавалось проскользнуть мимо нее, пока она спала, оставалась еще Харибда, с жадностью засасывающая все в свой водоворот.

Конечно, сам Спартак не верил в такие сказки. Но, не сознавая этого, он постепенно терял римскую шелуху – подобно луковице, у которой снимают слой за слоем, – обнажаясь до самого ядра, куда более примитивного, более детского. С тех пор как его выгнали из легионов Коскония (а это было почти пять лет назад), жизнь его пошла отнюдь не по римскому образцу. Женщина, которую он взял в подруги, безоговорочно верила в Сциллу и Харибду, как и многие из его последователей, и иногда – только иногда! – он и сам видел в своих снах эти страшные существа.

Наряду с большим рыболовецким флотом, дважды в год занимавшимся ловлей мигрирующего тунца, Скиллей принимал и пиратов. Близость Попиллиевой дороги и римских легионов, курсирующих между материком и Сицилией, не давала возможности пиратам развернуться здесь, но несколько морских разбойников, которые пользовались Скиллеем, как раз вытаскивали на берег свои беспалубные суденышки на зиму, когда показалась огромная масса людей.

Оставив армию объедаться рыбой, Спартак сразу разыскал вожака местных пиратов и спросил его, знает ли он какого-нибудь сговорчивого наварха, у которого найдется много больших кораблей. «Конечно, и даже несколько!» – был ответ.

– Тогда приведи их ко мне, – сказал Спартак.