Фавориты Фортуны

– Марк Перперна Вейентон желает воевать с римлянами в Испании во главе отдельной армии, со статусом, равным моему, – сказал он. – Он отказывается выполнять мои приказы и не будет следовать моей стратегии. Я прошу вас, отцы, внесенные в списки, сообщить этому человеку, что он должен либо подчиниться мне, либо покинуть Испанию.

Сенат Сертория был счастлив сообщить об этом Перперне, но Перперна отказался признать свое поражение. Уверенный в том, что право и обычай на его стороне, он обратился к своей армии. И его люди твердо ответили ему, что Серторий прав. Они будут служить под началом Квинта Сертория, а не Перперны.

Тогда Перперна наконец успокоился. Всем казалось (включая Сертория), что он сдался добровольно и ни на кого не затаил злобы. Но за внешним спокойствием Перперны все еще тлела обида, накаляя угли гнева. Он по-прежнему считал, что статус его равен статусу Сертория: оба они побывали преторами, но никто не был избран консулом.

Не зная о том, что Перперна злится, Серторий сообщил: нынешней зимой Помпей прибыл в Испанию и составляет план предстоящей кампании.

– Я не знаком с Помпеем, – равнодушно сказал главнокомандующий. – Судя по его карьере, победить его будет нетрудно. Если бы я считал Карбона способным одержать верх над Суллой, я остался бы в Италии. У него были хорошие люди, например Каррина, Цензорин и Брут Дамасипп, но к тому времени, как он сам дезертировал – и это показывает его истинное лицо, – он оставил полностью деморализованных солдат. Даже если посмотреть на ранние сражения Помпея, становится очевидным: он никогда не встречался с настоящим талантливым военачальником или армией, дух которой нерушим.

– Все это изменится! – ухмыльнулся Гиртулей.

– Конечно, изменится. Как его называют? Мясничок? Не думаю, что я окажу ему такую честь, – я буду звать его просто Юнец. Он самоуверенный и бессовестный человек и не уважает римских порядков. Если бы он уважал их, он не был бы здесь с полномочиями, равными полномочиям Старикашки, который сидит в Дальней Испании. Политическими манипуляциями он заставил сенат поручить ему командование. Однако Помпей не имеет на это права, какой бы пункт Сулла ни вписал в свои законы. Так что я должен указать Юнцу на его место, которое не так высоко, как он думает.

– И что он сделает? Есть какие-нибудь предположения? – поинтересовался Геренний.

– Согласно логике, – весело отозвался Серторий, – он явится на восточное побережье, чтобы отобрать его у нас.

– А что со Старикашкой? – спросил Перперна, смакуя прозвище, данное Серторием Метеллу Пию.

– До сих пор он ничем себя не проявил, не так ли? Если приход Помпея придаст ему смелости, мы удержим его в своей провинции. На его западных границах я сосредоточу лузитанов.