Фавориты Фортуны

Такие вещи случаются. В подобных ситуациях муж либо разводился со своей бесплодной женой, либо – если он любил ее, как Свиненок любил свою Лицинию, – усыновлял кого-нибудь.

В целом Свиненок был доволен результатом этого усыновления, хотя, может, и хотел, чтобы мальчик был поумнее и поскромнее. Но надежд на это не осталось. Сципион Назика был очень заносчив. Высокий и хорошо сложенный, Метелл Сципион всегда расхаживал с надменным выражением лица, которое должно было возместить отсутствие привлекательности. Его глаза были серо-голубыми, волосы очень светлыми – он совсем не походил на своего приемного отца. И если кто-то из его современников (например, молодой Катон) и говорил, что Метелл Сципион всегда выглядит так, словно у него под носом что-то плохо пахнет, все соглашались: действительно, он постоянно воротит нос. С десяти лет он был обручен с дочерью Мамерка и его первой жены Клавдии Пульхры, и хотя молодые люди часто ссорились, Метелл Сципион был искренне привязан к Эмилии Лепиде, равно как и она к нему."

"– Послание от Гнея Помпея Магна из Эмпорий, – сказал Метелл Пий, помахав письмом в воздухе, но не желая, чтобы сын прочел его.

Выражение лица Метелла Сципиона сделалось еще более высокомерным. Он презрительно фыркнул.

– Это оскорбление, отец, – сказал он.

– В определенном смысле – да, Квинт. Но содержание его письма очень позабавило меня. Наше молодое военное чудо явно считает Сертория тупицей! Никто не смеет сравниться с Помпеем Магном!

– Понимаю, – молвил Метелл Сципион, садясь. – Помпей воображает, будто способен справиться с Серторием за одну короткую кампанию, да?

– Нет, нет, сынок! За три кампании, – кротко ответил Свиненок.

Серторий провел зиму в новой столице Оске вместе с легатом Луцием Гиртулеем – самым способным из своих людей, с весьма одаренным Гаем Гереннием и новичком Марком Перперной Вейентоном.

Когда Перперна прибыл, сначала дела обстояли не очень хорошо, ибо Перперна автоматически решил, что его подарок – двадцать тысяч пехоты и полторы тысячи кавалерии – оставят под его личным командованием. Но Серторий возразил:

– Я не могу этого позволить.

Перперна возмутился:

– Но они – мои люди, Квинт Серторий! Это мое право – решать, что с ними будет и как следует их использовать! И я говорю, что они будут принадлежать мне!

– Почему ты пытаешься подражать консулу Цепиону, который требовал того же самого перед битвой при Аравсионе? – осведомился Серторий. – Даже не думай об этом, Вейентон! В Испании есть только один главнокомандующий и один консул – я!

Этим дело не кончилось. Перперна продолжал говорить всем и каждому, что Серторий не имеет права отказывать ему в равном статусе и отбирать у него армию.

Тогда Серторий вынес этот вопрос на обсуждение в своем сенате.