Фавориты Фортуны

– Мне все равно, учили ли их срать через игольное ушко! – взорвался Помпей. Лицо его сделалось красным, словно вымазанное киноварью. – Просто сделайте это!

Первый слон отказался наклонить голову.

– Надавите на голову и заставьте его! – приказал Помпей.

Но ни давление, ни сидение на его бивнях не убедило животное пригнуться. Вместо этого слон разозлился. Его состояние передалось остальным слонам, двое из которых все еще были впряжены в колесницу. Они попятились назад, и колесница грозила наехать на одетых в львиные шкуры знаменосцев Помпея."

"Пока погонщики пытались выполнить приказание Помпея, тот стоял, изрыгая проклятия и такие угрозы, от которых глаза погонщиков в ужасе стекленели. Но все напрасно. Слоны не желали проходить в ворота.

Прошел час. В воротах показался Варрон. Он явился узнать, что случилось. Он шел с другими сенаторами в первых рядах процессии.

Одного взгляда оказалось достаточно. Варрону вдруг захотелось упасть на дорогу и покатиться со смеху. Но этого он сделать не мог: взгляд Помпея посоветовал ему воздержаться от неуместного веселья, если ему не надоело жить.

– Отправь Скаптия и нескольких его людей в конюшни за лошадьми, – твердо распорядился Варрон. – Хватит, Магн, перестань беситься и подумай! Остальные участники парада уже дошли до Форума, и никто не знает, почему ты не следуешь за ними. Сулла сидит на подиуме храма Кастора и все больше волнуется, а устроители пира в храме Юпитера Статора рвут на себе волосы!

Помпей сел на грязный булыжник мостовой в своем триумфальном наряде и разрыдался. Варрон сам послал людей за лошадьми и проследил, чтобы слонов отцепили от колесницы. К этому времени на сцене появилось несколько огородников с Прямой улицы, вооруженных лопатами и тачками. Они намеревались собрать то, что считалось лучшим удобрением в мире. Беззаботно заняв позицию между огромных ног толстокожих гигантов, они деловито выгребали навозные лепешки размером с круг арпинского сыра. Только спешка и чувство сострадания не позволяли Варрону расхохотаться, когда он кричал и понукал всех. Наконец погонщики повели своих подопечных к Овощному рынку – никто не мог заставить их вернуться по пути, которым они пришли.

Тем временем первая половина процессии остановилась на Римском форуме напротив внушительного ионического фасада храма Кастора и Поллукса, где, высоко над всеми, сидел Сулла с начальником конницы, двумя консулами, некоторыми членами своей семьи и друзьями. Вежливость и обычай требовали, чтобы триумфатор был самым важным человеком во время празднования триумфа, поэтому сии достойные люди не участвовали в процессии и не приглашались на пир.

Все беспокоились. Все замерзли.