Фавориты Фортуны

Конечно, он не мог уйти, пока помещение не покинет последний гость, а разошлись все много часов спустя. К тому времени Цезарь успел составить мнение о каждом из присутствующих. Таков уж был склад его ума – всегда откладывать в памяти все, с чем сталкивался. Да, интересная компания – таков был его вердикт.

– Но я не увидел никого, кого хотел бы назвать другом, – сказал он Гаю Матию на рассвете следующего дня. – Ты не хочешь отправиться со мной? Ведь ты должен отслужить свои десять кампаний.

– Нет, спасибо. Не хочу уезжать так далеко от Рима. Я подожду назначения. Надеюсь, это будет Италийская Галлия.

Прощание оказалось долгим. В душе желая как можно скорее с ним покончить, тем не менее Цезарь вынес все с терпением, на какое был только способен. Самое худшее во всем этом оказалось желание многих сопровождать его, хотя он наотрез отказался взять с собой кого-либо, кроме Бургунда. Его двое личных слуг были только что куплены – прекрасное начало с людьми, не знающими его матери.

Наконец он простился с Луцием Декумием и его сыновьями, братьями из таверны перекрестка, Гаем Матием, слугами матери, Кардиксой и ее сыновьями, сестрой Ю-ю, женой, матерью. Затем Цезарь оседлал своего ничем не примечательного мула и уехал.

Часть III

Январь 81 г. до Р. Х. – (секстилий) август 80 г. до Р. Х

Не прошло и двух месяцев, как Сулла решил, что Рим свыкся с проскрипционными списками. Массовое убийство осужденных оказалось не столь вызывающим, как резня, устроенная Марием в течение нескольких дней его седьмого консульства. Улицы Рима не были залиты кровью, не громоздились груды тел на Нижнем форуме. Тела осужденных (Сулла запретил хоронить жертвы и совершать над ними погребальные ритуалы) тащили мясными крюками, зацепив за грудину, к Тибру и бросали в его воды. Только головы складывали на Форуме по периметру общественного фонтана, называвшегося Сервилиев бассейн.

Когда набралось достаточное количество имущества, конфискованного для государства Хрисогоном, появилось несколько новых законов: вдова поименованного в списке не могла вступить во вторичный брак; восковые маски Гая Мария, Мария-младшего, Цинны или его предков нельзя демонстрировать на семейных похоронах.

Дом Гая Мария продали на аукционе Сексту Перквитинию, внуку человека, создавшего состояние этой семьи, и соседа Мария. Теперь там размещались произведения искусства, принадлежавшие Перквитинию."

"Сначала на аукционы, проводимые Хрисогоном, выставлялись поместья внесенных в списки. Зажиточные покупатели платили за эти земли высокую цену, но постепенно денег для покупки делалось все меньше, так что к десятому аукциону цены упали. Именно тогда Марк Красс вступил в игру. Действовал он хитро.