Фортуна благоволит грешным

При доме имелся сад, огороженный стеной; имелись также и комнаты для слуг. Шарлотте нравилось жить за пределами Англии, пусть даже недалеко от нее. Все в Эдинбурге вполне ее устраивало, и даже погода здесь не очень отличалась от той, к которой она привыкла.

Как только у нее появился постоянный адрес, она написала Баррет и попросила горничную вернуться из Йоркшира в Строфилд, в дом викария. Но горничная ответила, что преподобный и его жена уехали из Строфилда, поэтому она, Баррет, приедет к ней.

Значит, родители уехали из Строфилда и даже не сообщили ей об этом? Новость серьезно омрачила настроение Шарлотты. Разумеется, по Строфилду она совсем не скучала – разве только по торту с миндальной крошкой, – потому что никогда по-настоящему не чувствовала себя там своей. Но она никогда не думала, что ее старые и усталые родители уедут из Строфилда.

Шарлотта написала Стивену Лайлаку, чтобы хоть что-нибудь узнать о родителях. И сыщик сообщил, что Королевский монетный двор уже получил найденные в Строфилде соверены и что ее родителям была выдана половина награды. Он написал также, что супруги Перри вместе с внучкой уехали в Бат, что они продали какие-то драгоценности и что Джон Перри отказался от должности викария в Строфилде.

Прочитав об этом, Шарлотта немного успокоилась. Что ж, по крайней мере она позаботилась о родителях, и у них все было в порядке, пусть даже они не смогли ее простить… Но что же стало с другой половиной украденных соверенов? Читая про них, Шарлотта весело смеялась. Оказалось, что в их возвращении важную роль сыграл лорд Хьюго Старлинг. Она никогда с ним не встречалась, но, возможно, когда-нибудь с ним познакомится. Впрочем, нет, она ведь больше не общалась с аристократами…

Как бы то ни было, все золотые соверены были введены в обращение, и лицом короля на монетах любовались многие его подданные. В положенный срок пришли месячные Шарлотты, и, конечно, это было огромное облегчение. Теперь она прочно утвердилась как мисс Перри, состоятельная незамужняя женщина. И больше никакой лжи!

От Бенедикта Шарлотта не получала никаких вестей, и это было не так уж плохо. Она уже привыкла к тому, что он исчез из ее жизни. Правда, в ее сердце образовалась болезненная пустота, но в конце концов она чем-нибудь заполнится…

– Я вполне довольна жизнью, – говорила Шарлотта всякий раз, когда Баррет ее расспрашивала. – С моей стороны было бы глупо желать большего.

Но Баррет не очень-то ей верила, так как именно она отправляла в стирку наволочки со следами ее слез. В конце месяца Шарлотта снова начала писать. На этот раз не мемуары куртизанки, а кое-что новое. Она решила, что напишет любовную историю. Историю с таким финалом, с каким захочет.