Флирт в Севильи

До свидания, сеньоры. Прошу вас, сеньор Круминьш и сеньорита Доколина, следовать за мной. Остальных прошу вернуться в отель.

Следователь пошел к выходу с сознанием исполненного долга. Как и у всех людей маленького роста, ему было свойственно гипертрофированное чувство собственного достоинства и скрытое недоверие к высоким людям, какими были Дронго и Диего Таррега.

— Извините, сеньор, — попросил Таррега, — мы поговорим с ними и постараемся решить вопрос еще сегодня до вечера.

— Лучше до сиесты, — пробормотал Гарсиа, — у Круминьша сегодня съемки. Завтра утром они заканчиваются.

— Посмотрим. — Таррега не стал ничего обещать и поспешил уйти за остальными.

Лена, уходя, обернулась и посмотрела на всех глазами, полными слез.

После их ухода, члены группы почувствовали себя неуютно. Их осталось пятеро: Рута Юльевна, Ингрид, Балодис, Меднис и сам Дронго. Гарсиа уехал со следователем в качестве переводчика. Только молодой полицейский стоял чуть в стороне, наблюдая за ними.

— Вот и все, — строго произнесла Рута Юльевна по-латышски, — если Круминьш и Доколина не вернутся сегодня до пяти часов вечера, съемка будет сорвана и нам придется платить неустойку.

— С ними поехал господин Гарсиа, — напомнила Ингрид, — он знает о нашем положении. Мы не виноваты, что произошло убийство.

— А кто виноват? — холодно спросила Рута Юльевна. — Вам, милочка, все равно. Вы и так обеспеченный человек. Отчим и мать не дадут вам пропасть. А вы подумали о нашем агентстве? А обо всех этих людях?

— Вы тоже не бедная, — жестко отреагировала Ингрид. — И почему Лена оказалась в номере рядом с номером погибшей Лилии Омельченко? Ведь это ваш номер. Наверное, это вы пригласили ее зайти?

Наступила тишина. Мужчины молчали. Балодис, Меднис и Дронго понимали, что Ингрид оскорбила коммерческого директора, сказав ей в лицо правду.

Дронго не совсем понял суть перепалки, но догадался, что именно имела в виду Ингрид. Рута Юльевна растерянно поправила прическу, кашлянула. Кажется, она даже чуть пошатнулась. Никто не смел разговаривать с ней в подобном тоне. Но она сдержалась. Закусив губу, Рута Юльевна молча повернулась и пошла прочь.

— Распался наш дружный коллектив, — насмешливо произнес по-русски Меднис. Затем взглянул на Дронго. — Кажется наша работа закончена. Завтра нас вышлют обратно в Латвию.

— Хватит, Эуген, — прервал оператора Балодис, — это будет решать Зитманис, а не ты. Пойдемте в отель.

Балодис и Меднис двинулись вслед за коммерческим директором. Молодой полицейский совершенно растерялся, он не знал, что ему делать. Двоих уже увезли. Еще трое ушли в отель. И двое оставались во дворике. Он немного подумал и поспешил за ушедшими. Дронго остался с Ингрид.

— Вы меня осуждаете? — спросила она.