Физрук

— Думаете, ее это колышит?

— Это ты брось, мать есть мать!

— Вы ее только сюда не пускайте, — совсем по-взрослому сказал он. — Потом не отвяжетесь… Деньги начнет клянчить…

— Ладно, не пущу, — пообещал я. — А вот других — придется.

— Это каких других?

— Да оболтусы, которые твои одноклассники, напросились… Завтра начнется паломничество…

— А-а, ну пусть приходят, — кивнул Серега, словно он был здесь хозяин. — А можно, они тоже кино посмотрят?..

— Можно, — вздохнул я.

В этот момент вошла «тетя Наташа», принесла два чайника — один заварочный, а другой — с кипятком. Потом сходила за пирожными, оставшиеся после обеда. Так что чаепитие прошло на «ура». А потом медсестричка засобиралась. Делать нечего, придется проводить.

Я велел Зимину укладываться. Он посмотрел на меня хмуро. Эка я его разбаловал всего-то за день! Пришлось сказать, что болезнь болезнью, а завтра утром подниму в восемь, да еще принесу со школы учебники, чтобы не отставал по предметам. Взгляд болящего стал еще более хмурым. Злой я педагог.

Мы вышли с Наташей на улицу и направились к ее общаге. Поначалу я не обращал внимания на то, что идем мы знакомым мне маршрутом. А потом меня осенило — в каком именно общежитии живет медицинский работник Кротова? Странно, что я ее там раньше не видел? Впрочем, может она въехала уже после того, как я выехал. Во всяком случае, понятно, какая такая комендантша устроила там драконовские порядки. Дурит Груня. Завидует молодым девчонкам. Знает, что им некуда податься в чужом городе, вот и устроила казарму. Нет, так дело не пойдет, Аграфена Юльевна, сейчас не царское время.

Когда мы дошли до общаги, я поцеловал Наташу и отпустил ее, а потом выждал еще минуту и тоже вошел в вестибюль. Там меня встретил ледяной взгляд вахтера. Видать — из новеньких, потому и не узнал меня.

— Я к товарищу Малышевой.

— А ты кто такой, парень?

— Моя фамилия — Данилов, — терпеливо и снисходительно произнес я. — Зовут — Александр Сергеевич. Знать надо!

— Виноват, товарищ Данилов, — явно струхнул вахтер. — Сейчас доложу!

— Да не надо! — отмахнулся я. — Я сам к ней пройду. А ты здесь бди! И смотри, чтобы свет на пустой кухне гасили. Электричество экономить нужно.

— Все понял.

И я не спеша поднялся к комендантской, не стуча, распахнул дверь.

— Какого черта! — послышался знакомый голос.

— Это я, Груня!

— Саня? — удивилась Аграфена Юльевна. — Вот уж не ждала… Какими судьбами?

— Мимо проходил.

— Ну садись… Выпьешь?

— Если только чуть-чуть!

— Ну и я чуть-чуть!

Она достала из несгораемого шкафа бутылочку. Судя по этикетке — кубинский ром. Наполнила пару стаканов, выложила в качестве закуски плитку шоколада «Экстра». Мы выпили, надломили шоколадку.

— Не верю я, что ты мимо шел, Саня, — проницательно заметила Малышева. — Что-то тебе от меня надо.