Физрук

Без малого месяц я живу в общаге, нельзя сказать, что совсем уж плохо живу, но главное достоинство этого обиталища его близость к месту работы, а все остальное, увы. Надоело пользоваться общим сортиром и душем, да и кухней — тоже. Так что, если «автомобильный бог» поспособствует улучшению моих жилищных условий, буду только рад.

Однако Митрофаныч, как оказалось, еще не исчерпал всех своих благодеяний.

— Да! — спохватился он. — У тебя же нет собственных колес!.. Ты водить-то умеешь?..

Я пожал плечами.

— Немного…

— Это мы тоже исправим!

— У меня прав нет, — попытался возражать я.

— И это мы исправим! — махнул божественной дланью «автомобильный бог». — Подучишься в автошколе ГАИ, сдашь экзамены, а машинешку я тебе организую…

— На машину я еще не заработал…

— Оформим как служебную… — величественно возразил Коленкин, которого, похоже, просто распирало от ощущения собственного всемогущества. — Главное, что ты нужный парень, Шурик, а нужным людям у нас все пути открыты…

— Нет! — выкрикнул вдруг классик литейской литературы, вскакивая. — Нет, нет… И еще раз — нет!

Глава 8

— Чего нет-то, чудило? — спросил Митрофаныч, дергая его за полу пиджака и возвращая на место.

— Нет! — твердо повторил писатель. — Не Алешу Поповича я буду писать с него, а… Добрыню Никитыча!

— Да хоть горшок с него пиши, — отмахнулся «автомобильный бог». — Давайте, мужики, еще по маленькой, и по домам!

Они выпили по маленькой, а потом — еще и еще. Я пил только минералку, зато закусывал от души. Мужики накачались и принялись рассказывать анекдоты про Брежнева. Я слушал краем уха. Мои сотрапезники хохотали. Видимо, для них многие из анекдотов были еще свежими. А в мое время — все они уже обзавелись длинной седой бородой. После каждого анекдота, «лучшие люди города» пили за «дорогого Леонида Ильича», над которым только что от души ржали. И попробуй пойми — лицемерие ли это или то самое — двоедушие, о котором говорила Илга."

"Зря я о ней вспомнил. Как ни заставлял себя забыть — ничего не получалось. Сидела в душе какая-то заноза. Неужели, это и есть та самая пресловутая любовь?.. Нет уж, лучше не заморачиваться этой ерундой. Вон Лизонька стоит у буфетной стойки, глазки строит, вот и хватит с тебя… Я помахал ей рукой, и она расцвела. Вчера она была ласковая, нежная. Почему бы нам не продолжить сегодня? Я поднялся — все равно мужикам было не до меня — и подошел к «хозяюшке».

— Добрый вечер, Лиза!

— Здравствуй, милый!

— Ты сегодня когда освобождаешься?

— Могу хоть сейчас, — ответила она. — Девочки здесь за всем присмотрят.

— Тогда давай сбежим!

— Давай! — согласилась Лиза. — Одевайся и выходи во двор. Я скоро…

Кивнув, я взял у гардеробщика свою куртку и сумку. Вышел во двор, где были припаркованы тачки гостей кабака.