Феникс

Стрелки пристроились за щитами, только узкая щель между парой, чтобы пищаль установить можно было. Подпалили шнур, установили свою артиллерию и ждут, пока прогорит. Не успели. Залп пиратов раздался раньше.

Зван, укрывшись за щитом, спешно перезаряжает карабин. Вновь дробный звук ударяющихся в дерево пуль. А вот этот какой-то странный. Словно чавкнул кто-то. Звук был настолько необычный, что ватажник непроизвольно осмотрелся. Йошки-матрешки! Эвон как оно! Стрелок из команды «Шустрого», припавший к прицелу пищали, сейчас лежал на палубе, вокруг него быстро растекалась большая лужа крови. Верхней части головы практически не было. Такое впечатление, что голова лопнула, как южный плод, что арбузом прозывается, — доводилось пробовать в Астрани. Один он даже по неловкости уронил. Так вот — очень похоже. Видать, знатный кусок прилетел, да и дистанция такая, что камнем добросишь без труда.

Слышатся стоны и крики с палубы, еще кого-то задело, да не одного. Но о том думать сейчас некогда. Пищаль, оставшись без присмотра, задрала курящийся дымком ствол в небо, еще малость — и начнет палить. А вот это врешь! Павших оплакивать и раненых обихаживать потом будем. Зван быстро подхватил приклад и пристроился для стрельбы. Борт «Баклана» — в каких-то двадцати шагах. Разбойники уже забрасывают абордажные крючья, столпившись у борта. Еще пара секунд. Бабах! Эвон! Ну прямо пушка!

Рой картечи с визгом уходит в скопление пиратов, яростно размахивающих саблями и пистолями. Он видит, как картечь приголубила сразу двоих, все же куча смертоносных ос не успевает достаточно рассеяться. Кто-то, заметив выстрел, садит из пистоля, пуля с глухим стуком входит в дерево где-то сбоку. В голове мелькает картина снесенной наполовину головы стрелка. Вовремя, ничего не скажешь. Еще секунда. Бабах! Тоже неплохо. Вот только разума Зван не теряет. Изначально он хотел дать отстреляться пищалям, да, видно, не судьба, слишком все быстро происходит.

На борт вражеского корабля тут же полетели чугунные чушки. Ватажники бросают их не скупясь, не тот момент, чтобы экономить. Следующему выстрелу уже вторят разрывы гранат. Куница, израсходовав свои, тут же подхватывает те, что изготовил Зван, и также отправляет их в полет. После чего вооружается карабином и начинает садить по всем, кого только замечает. Остальные ватажники не отстают, не время ждать команды, эвон все как получается, еще малость — и до абордажа дойдет.

Выстрелы, крики, брань, стоны, разрывы, — сплошной тарарам. Одна из гранат подпаливает картузы с порохом, который начал гореть, выделяя целое облако дыма. Корабли начинает заволакивать дымом, словно из пушек палят. Стреляют с обеих сторон. Команда «Шустрого» все же не выдерживает.