Феникс

А если дойдет до абордажа…

Пираты привыкли биться на качающейся тесной палубе, в рукопашных схватках опыта у них побольше, чем у обороняющихся. Как только сойдутся грудь в грудь, может выйти все что угодно, потому как люди Добролюба лишатся главного преимущества — возможности использовать свою меткость в стрельбе. Остаются еще и пистоли, так что пиратам легко точно не придется и скорее всего они все же проиграют. Но и противная сторона понесет невосполнимые потери, а ведь впереди предстоит еще и самое главное. Происходящее сейчас — лишь досадное дополнение.

— Зван, а может, намотаем паклю на болты, подпалим да пустим в паруса? — Арбалеты были при них. Планируя подобную операцию, Виктор не мог пренебречь бесшумным оружием.

— Парусина сухая, очень даже загорится, — перехватив взгляд Звана, тут же с готовностью ответил Окунь. Все же не блажило мужику идти на абордаж. И без того потерял людей, а сколько еще придется потерять. И все через этих аспидов! Но делать нечего, сейчас они в одной лодке. Хм. «Щуке».

С делом управились довольно споро. Кораблям сойтись так и не дали, перерубив веревки абордажных крючьев, потому как вполне мог запутаться такелаж, а тогда так просто не отвалишь. Пока распутаешь тросы, пока растолкаешь суда — это все время. Случись такое — и проще сойтись в рукопашной, чем расцеплять корабли. Болты с горящей промасленной паклей впились в паруса, и огонь тут же начал лизать полотно парусины. Хм. А ничего так получилось, эвон как разгорается.

«Баклан», вырвавшийся вперед, начал постепенно терять ход. Ничего удивительного, когда паруса пылают. Корабль вряд ли сгорит, пираты с огнем управятся, они к такому привычные. «Шустрый» начал его обходить. Куница и Соболь как лучшие стрелки заняли позицию на юте и внимательно приглядывали за палубой, пока она была в их поле зрения. Парочка татей пыталась покинуть свои укрытия, но безуспешно. Одного метким выстрелом снял Соболь, второго двумя выстрелами загнал обратно Куница. Нечего.

Хм. А «Ворон» не особо отдалился. Сколько же продлился бой? Казалось, прошла целая вечность, а оно вон как — выходит всего-то ничего. Зван вскинул к глазам подзорную трубу, чтобы обозреть пиратскую бригантину, нет ли знака от Добролюба.

— А зачем ты переснаряжаешь свое оружие? — в очередной раз скривившись и помассировав не на шутку расшалившийся живот, поинтересовался приставленный к Виктору пират.

— Море. Если порох отсыреет, то какая тогда стрельба, одни сплошные осечки.

— Так когда тот бой случится, только Господу ведомо.

— Оружие нужно в порядке содержать. Вы от своей лени мушкеты вон до чего довели. Ох!

Виктор вдруг переломился пополам и откинулся к дощатой стене арсенала.