Фехтмейстер

— А уточни-ка у него, братец, как давно сам он прибыл в Сербию из Карнаве?

У Барраппы заколотилось сердце. Контрразведчик, оказалось, знал больше, чем ему следовало. Сейчас приходилось с этим мириться, уж слишком много вокруг было врагов. К тому же он знал об этом офицере нечто такое, чего тот сам о себе не знал.

— Я не понимаю, о чем вы говорите, — отрезал он.

— А что ж так волнуешься?

— Я не волнуюсь. Мне… — капрал, замялся, — в общем, до ветру надо.

— Понятно, — выслушав слова перевода, усмехнулся Лунев. — Что ж, дело житейское. Сотник, ну-ка, позови жандарма, пусть сопроводит задержанного. Да пусть глядит в оба, чтоб тот ничего не скинул.

Ожидание продолжалось минут десять. В конце концов Платон Аристархович не выдержал:

— И долго еще ждать прикажете? Голубчик, сходи-ка погляди, куда там этот, с позволения сказать, серб запропастился, — обернулся он к сотнику.

На этот раз ожидание не затянулось. Атаманец примчался спустя несколько мгновений, причем уже с наганом в руках.

— Ваше высокоблагородие, убег стервец!

— То есть как?

— Да черт его знает как. Жандарма я в нужнике сыскал. Он там без чувств отдыхал, а также без мундира и оружия. А рядом сербская форма. Я жандарма водой окатил. Спрашиваю: «Шо? Как?» А он твердит: «Не помню». Дошли до клозета, а дальше капрал вдруг посмотрел, точно клешами впился. Ну, тот с ног и долой.

— Проклятие! — Платон Аристархович грохнул кулаком по столу, чего не делал уже несколько лет кряду. — Да что ж они у вас все бегают? Шультце! Потом этот! Оповести полицию, жандармерию, армейские патрули, что разыскивается смуглый человек в неладно сидящей жандармской форме. Приметы опишешь. И не забудь сказать, что он слабо говорит по-русски.

— Ща все будет. — Атаманец метнулся к телефонному аппарату.

— Это нотер, — откидываясь в кресле, проговорил Лунев. — Госпожа Эстер рассказывала о них. Однако о том, что они обладают гипнотическими способностями, она не упоминала. Сегодня его задержали с оружием у нее дома. Как говорится, счастливая случайность. Нет сомнения, он и его соратники действительно охотятся за Лаис! Следует предупредить ее!

* * *У подъезда адмиральского дома на Большой Морской стояли груженые сани. Прислуга сновала вверх-вниз по лестнице, спеша принести какие-то корзины и картонки.

— Что здесь происходит? — поинтересовался Лунев у ожидающего распоряжений кучера.

— Барыня тутошняя переезжают, — охотно пояснил возница. — У мужика ейного дом — во! Крепость! А здесь ее, сказывают, что ни лень, обобрать пытаются. Вот и съезжает. Это так, по мелочи — тряпки-шляпки, а уж поди три фуры с вещами отравили, — пояснил он. — Такие-то дела.

В тот момент на крыльце показалась Лаис, бледная даже сквозь природную смуглость.