Федор Годунов. Стылый ветер

— И тебе долгих лет, Фёдор Борисович, — выплюнул приветствие вместе с кровью воевода. — Выходит не поверил ты Ломтю. Ошиблись мы.

— Да нет, князь. В том-то и дело, что поверил, — усмехнулся я в ответ. — Только зачем же мне на выручку царевны с малой силой идти, если можно больше воинов взять? Вот и решил я не два десятка, а всю полусотню Порохни с собой забрать да сзади по стрелку с двумя пищалями посадить. С такой силой гораздо проще сестру отбить будет.

— А Ломтю о том почему не сказал? — вяло поинтересовался князь.

— Сам не знаю, — пожал я плечами. — Ведь я ему доверял. За него передо мной Чемоданов поруку держал. Как тут не довериться? А потом решил, что хуже не будет, если я всей правды не скажу. Перестраховался, в общем.

— Пере… что?

— Да это не важно, — отмахнулся я. — Мне бы против вас и вся полусотня Порохни не помогла. Важно то, что я ещё и Подопригору решил с собой прихватить. То сельцо, где он бумажную мельницу разбирал, как раз по дороге была. А Подопригора, он такой, — я на миг задумался как бы получше охарактеризовать казака. — Любопытный, в общем. И любит всё о том, что в округе творится, знать. Вот он мне про конную сотню, что ещё позавчера из Москвы сопровождая возок проскакала, и рассказал. И где вы остановились, он тоже знал.

— А что же тогда в бой полез? — Долгоруков закашлялся, сплёвывая бурую слюну на подбородок. — Мог бы просто уйти.

— А сомнение у меня оставалось, даже когда стало ясно, что Ломоть меня в ловушку заманить хочет. Вдруг вы ради приманки, и вправду, царевну использовать хотите. Люди Якима видели, что в возке богато одетая девушка сидит, а кто такая не знали. Они же Ксению не видели никогда. Вот я и решил собставенными глазами посмотреть. А заодно, с тобой и Ломтём посчитаться.

— Так Ломоть же убежал.

— Убежал, — улыбнулся я в ответ. — Значит, не пришёл ещё его срок. Ну, ничего, я терпеливый. А покуда, князь, твой черёд пришёл.

* * *— Так что же, воевода, так и уйдём отсюда, матушку-царицу не вызволив?"

"Я горько усмехнулся, покосившись в сторону Косаря. Всем хорош сотник. И выучка у его стрелковой сотни лучшая, и и дисциплина среди стрелков для нынешнего времени отменная. Одно плохо; убитого полгода назад самозванца — горячий сторонник. Даже и не знаю, что с ним делать, когда официально «воскреснуть» решусь. А ведь ждать этого чуда совсем немного осталось. Мне бы только до Костромы свою миниармию довести и там закрепиться.

— А ты что предлагаешь, Фёдор? — нахмурил брови Порохня, разглядывая мощные стены Ярославля. — Приступом город брать? Так у них на стенах воинов поболее нашего будет. И пушек много. Все здесь и поляжем! Уходить нужно!

— А как же царица? — не желая сдаваться, затряс рыжей бородой сотник.