Фарфоровая жизнь

 – Она доверяла убийце достаточно, чтобы повернуться к нему спиной.

– То же самое говорит патологоанатом, – Виктор перевернул страницу дела. – Кстати, есть уже заключение по эксгумации Анны Штерн.

– Вы были правы, Андрей Михайлович. – Виктор передал Бережному копию документа. – Была попытка забальзамировать тело, и сохранилось достаточно, чтобы судить о полученных перед смертью повреждениях. Анна Штерн подверглась пыткам – ткани сохранились, на них следы прижизненных повреждений. Патологоанатом Норейко говорит, что она, скорее всего, умерла от сердечного приступа, спровоцированного шоком от полученных травм. Но знаете, что самое странное?

– Именно! – Виктор щелкнул пальцем по отчету. – Тело не вскрывали. Произвели поверхностные надрезы тканей, которые потом зашили. Но человек, который получил тело в морге, сделал все, чтобы сохранить нам улики, забальзамировав тело тем, что смог найти. Он знал, что рано или поздно кто-то ее выкопает, вы понимаете?

– В морге сохранились записи, кто это был?

– Нет, двенадцать лет назад в подвале случилось замыкание, и большинство документов были уничтожены – если не огнем, то водой при тушении пожара. Оставшееся оцифровали, но утраченного не вернешь. Правда, тут есть одно странное обстоятельство: на трупе была обнаружена визитка. – Виктор пододвинул Бережному пакетик с визиткой. В складках одежды, под телом, кто-то даже упаковал ее в пакетик, чтобы жидкости не повредили. Патологоанатом Норейко вспомнил этого сотрудника. Гостищев Иван Сергеевич, он уже тогда был очень пожилой, параллельно с работой в морге преподавал в Академии МВД криминалистику. Тогда многие совмещали, времена-то были не так чтоб сытые.

– А когда они у нас были сытые. – Бережной повертел в руках визитку. – Не помню его, совсем. К нему поехали?

– Отправил Семенова и стажеров. – Виктору очень хотелось пива, и он думал о банке портера в своем рюкзаке. – Теперь по убийству Сухоруковой. Подземная парковка принадлежит аэропорту, там оставляют машины те, кто уезжает на отдых. Очень это удобно – приехать в аэропорт, сесть и укатить, показывая средний палец толпе таксистов, которые там частенько вообще берега теряют с ценами. Часть мест на той парковке сдают в постоянную аренду – люди, которые летают часто, приезжают в аэропорт и точно знают, что машину припаркуют, и неважно, Рождество там или что, потому что у них есть предоплаченное место, которое свободно всегда.

– Я понял, понял. Камеры наблюдения там есть?

– Только на въезде. – Виктор вздохнул. – Мы отсмотрели записи, нашли все машины, которые въезжали и выезжали в интересующий нас период, их оказалось немного, мы установили и проверили владельцев, ничего. Кроме вот этого фургона.