Фарфоровая жизнь

Что бы ни сделал когда-то Иван Сергеевич Гостищев, он, даже умирая, беспокоился из-за этого, и если все-таки насчет души и прочего правда, то он вряд ли обрел покой. Или же ничего Там нет, но тогда просто жаль старика, который остаток своих дней терзался тем, что помогал преступникам. Или же что-то есть на Той стороне, но там всем на все плевать.

Но это сейчас неважно, важен пакет, который оставил для них старик-патологоанатом. Убийца вряд ли мог предположить такой поворот, и Виктор злорадно прищурился – погоди, парень, доберемся до тебя, то-то ты удивишься, думаешь, что всех вокруг пальца обвел, а мы тебя за задницу возьмем, и уж тогда-то я с тебя спрошу и за Реутова, и за Петровича, и за Тину, собственно, – потому что жаль ее, дуру неприкаянную.

– Давай пока чаю попьем. – Бережной откинулся в кресле и устало потер переносицу. – Поставь чайник, что ли. В холодильнике бутерброды есть.

Тина устала. Конечно, если бы не Бережной и не майор Васильев, она бы до сих пор, наверное, сидела в полиции, доказывая, что понятия не имеет, как тело Елены Игоревны оказалось в багажнике ее машины, но благодаря генералу у нее взяли показания и отпустили, и даже машину обещали вернуть в целости совсем скоро. Правда, после того как в багажнике обнаружился труп, Василиса вряд ли захочет в нее сесть.

Смерть Елены Игоревны была такой же нелепой и нелогичной, как смерть Семена и Милы Леонтьевой. Тина представить себе не могла, кому понадобилось убивать безобидную Елену Игоревну и таким странным способом прятать тело.

Тина прислушалась к дыханию Василисы – Диана была вынуждена дать ей каких-то капель, и Василиса мигом уснула, а вот Тина от капель наотрез отказалась. Она безотчетно боялась лекарств и принимала их совсем уж в крайних случаях, как при давешнем бронхите, а этот случай крайним не был, нужно просто успокоиться и все обдумать.

Выбравшись из комнаты, Тина пошлепала на кухню. Ей нравилось, что из-за фонарей, горящих внизу, ночью в квартире никогда не бывает настолько темно, и можно не включать свет. Желтоватые полосы на стенах и потолке делали передвижение по квартире вполне комфортным, и Тина, никого не разбудив, добралась до кухни. Там была вода в чайнике и круглый коврик в обеденной зоне. Напившись воды, Тина уселась посреди коврика, положив руки на колени.

Нужно просто представить, что вокруг ничего нет. Она одна в капсуле, которая летит сквозь космос, и капсула эта из прочного материала, который не сгорит даже в центре Солнца, ему не страшны ни астероиды, ни черные дыры – она в безопасности. И звучит музыка – это Элвис, он тоже путешествует с ней по Вселенной. Иногда Тина думает о том, что если инопланетяне, например, спросят у нее, что же создали люди ценного и достойного жизни, она сможет им сказать: музыку.