Фантастика

Веди за собой народ по-правильному, и никто тебя не попрекнет, что ты живешь богаче и имеешь больше прав. Это тебе награда за то, что не только о своей выгоде заботишься и не робеешь принимать общественно важные решения.

Про себя Дронов знал, что родился ведомым, но благодаря Метроному переквалифицировался в ведущие.

Вон там, на той стороне реки, находится Место, где шестнадцатилетний обглодыш Серый должен был закончить свою копеечную жизнь, а вместо этого родился заново.

Недаром сердце выколачивает: токо-так, токо-так.

Мимо ряда автомобилей медленно шла стройная девушка в желтой косынке. Что медленно – это нормально, когда Сергей в Режиме, всё вокруг замедляется, но девушка двигалась как-то необыкновенно красиво, плавно. В руке она держала ландыши.

Заметила, что Сергей на нее пялится, подошла, улыбнулась – он остолбенел.

К красивым телкам Дронов привык, но рядом с этой царевной артистки и манекенщицы, с которыми он обычно хороводился, были кошки драные. А тут незнакомка еще протяжным жестом сдернула с головы косынку. По плечам, колыхаясь неспешными волнами, рассыпались медового цвета волосы, и над ними – честное слово – полыхнуло золотистое сияние!

Режим отключился так же неожиданно, как перед тем врубился.

То-так, то-так, зачарованно стучало сердце.

Сергей высунулся из окна.

– Тебя как звать?

Она молчала. Уже не улыбалась, глядела на него очень внимательно и серьезно. Глаза у нее были огромные, с зеленым отливом. Такого цвета он никогда не видел.

Почему она не отвечает, подумал он.

И вдруг понял. Нет, почувствовал.

Он должен сам угадать ее имя, это очень важно! Не угадаю – всё. А что «всё», и сам не знал.

Дикая была мысль, даже идиотская, но Дронов в ней почему-то не усомнился.

Ужасно волнуясь, он спросил:

– Мария?

И она кивнула. Угадал!

– Поедешь? Со мной? – робко проговорил он, потому что это сейчас было главнее всего.

Она по-прежнему молчала, глядя ему в глаза.

Не поедет, обреченно подумал он. Такая королевна – и хрен знает с кем, хрен знает куда…

Но девушка по имени Мария вдруг кивнула. Не задорно, не радостно, а грустно. Или – точнее – обреченно.

Сорвался Дронов, чуть не грохнулся с высокой ступеньки, что-то ноги плохо держали. Обошел вокруг джипа, причем еще дважды споткнулся, потому что не сводил с Марии глаз. Открыл дверцу. Хотел взять девушку за руку, но не решился.

– Садись.

Она ступила на подножку, чуть замешкалась, и Сергей бережно придержал тонкий локоть.

От этого легкого прикосновения затаившийся Метроном встрепенулся, перескочил на дробное «токо-так».

И в кресло она садилась бесконечно долго, он прямо весь истомился – не передумала бы.

Зато когда вернулся на водительское сиденье, развернулся и дал по газам, над дорогой только взвилось облачко голубоватого дыма.