Файролл

— Никифоров, скотина! Ты знаешь, что я с тобой за Равиля сделаю? Ты пожалеешь, что вообще на свет родился! Ты…

— Эля, ты бы помолчала и меня послушала, — пресек я достаточно громко и жестко ее словоизлияния. Если мягко, она не замолчит никогда.

— Что? Ты мне рот затыкать будешь? Ты, неудачник, рохля…

— Слушай, ты! — Я начал выходить из себя. Ей-ей, семейство Гинматуллиных за последние два дня выпило из меня слишком много крови. — Если ты сейчас не замолчишь, я сделаю так, что ты будешь жалеть о своих словах, причем искренне и долго.

— Что ты сделаешь? — Тон никуда не делся. Но голос стал немного потише. — Натравишь на меня своих бандитов, как на Равиля?

— Я на Равиля кого-то натравил? Эва как. Интересно, что он тебе рассказал? Какую версию происшествия? Ну так, для справки, без протокола?

— Ничего он мне не рассказывал. Но я так думаю, что он пришел с тобой поговорить, по-людски, как положено. Уж не знаю, зачем ему это надо было, я его об этом не просила. Ты не стал с ним даже разговаривать и напустил на него каких-то уголовников, которые сломали ему руку.

— О как. — Я чуть не сел на пол от удивления. Во-первых, меня крайне удивила ее версия — нет, Эля всегда страдала болезненными фантазиями, но чтобы так… Во-вторых, я был уверен, что на этот раз Евгений со товарищи таки поняли, что я шучу. Но, по всему видать, не поняли, на несчастье этих трех обалдуев. Ну вот нет у них чувства юмора, что поделаешь. — Да ты что? Так и было? Серьезно?

— Я в этом уверена, — торжественно сказала Эля. — И тебя я знаю, козла.

— И зря ты своей интуиции веришь, — ответил ей я. — Все было с точностью до наоборот. Он вчера с двумя своими дружками меня у подъезда встретил и разделал, как бог черепаху. Потом они у меня деньги из кармана вытащили и пообещали часто ходить в гости, за данью. Поэтому я и попросил помощи у своего нового работодателя, и его служба безопасности им сегодня объяснила, что чужое брать нехорошо и бить людей — тоже. И поверь: что твой брат, что его друзья еще очень легко отделались. Я вообще не думал, что им что-то сломают, но, видать, нет чувства юмора у наших безопасников.

— Ты врешь, как всегда, — убежденно сказал Эля.

— О, боги. Дорогая, дай мой мобильный телефон, — попросил я Вику.

— О, уже дорогая, — язвительно сказала Эля. — Ты еще на ней не женился?

— Еще нет, — ответил я, глядя на Вику, протягивающую мне мой телефон. — Пока живем гражданским браком. Но, думаю, скоро и до загса доберемся. Ты представляешь, есть женщины, которые не только орут, бесятся и дурят, но еще и готовят, стирают и гладят. Офигеть, да?

В глазах Вики вспыхнули торжествующе-радостные искры — слова сказаны, да еще и бывшую унизили. День-то задался!

Эля ничего не сказала.

— Дорогая, фоткни меня по пояс. Погоди, майку сниму.