Файролл

А я наоборот, молодец, вернул реликвии на историческую родину и передал в достойные руки. А ворюгу повесил.

— Хороший ход, — одобрил Сэмади. — Рафаил, посмотри там какой-нибудь браслет и меч. Получше и постарее.

Лич бессловесно канул в темноту, чтобы через пару минут возникнуть из нее же, но уже держа в руках пару предметов. Это были меч и браслет, как ему и велел Сэмади.

— Забирай, — царственно произнес Барон. — Мне не жалко. У меня такого добра много.

Я подошел к Рафаилу, который стоял мрачным изваянием близ трона своего хозяина, и забрал у него будущие подарки на свадьбу.

Если честно, мне было безумно интересно, каковы будут их характеристики, и будут ли они у этих предметов вовсе. По сути, ситуация-то была если не бредовая, то близка к ней. Я только что выпросил подарки для неигрового персонажа у неигрового же персонажа.

""Меч Рулта Межевателя.

Клинок, в давние времена принадлежавший одному из величайших воинов Пограничья.

Неигровой декоративный предмет.

Может использоваться в качестве украшения личной комнаты""

Ну что, вещь. Думаю, Лоссарнаху понравится. Правда, у Кролины наверняка возникнет куча вопросов, но это уже ее проблемы.

Подарок Эбигайл был не хуже.

""Браслет Лайси Певуньи

Некогда этот браслет украшал запястье одной из прекраснейших дев-воительниц Пограничья. Прозвище свое она получила от собратьев по мечу, поскольку в любой, даже самой жестокой битве, всегда пела, тем самым наводя ужас на своих противников.

Неигровой декоративный предмет

Может использоваться в качестве украшения личной комнаты""

Интересно, а если бы я выпросил эти предметы для себя, они бы тоже были неигровые?

— Доволен? — Сэмади не без удовольствия наблюдал за мной.

— Спасибо, — я убрал предметы в сумку. — Самое то.

— В расчете? — деловито спросил меня повелитель мертвых.

— Не понимаю, о чем ты, — изобразил удивление я. — Я за уважуху принес тебе шар. Ты по дружбе подогнал мне эти побрякушки. Нет здесь никаких расчетов. По крайней мере, мне хочется так думать.

— Значит, еще что-то тебе нужно, — сквозь смех сказал проницательный Сэмади. — Белый братец, я слишком хорошо тебя изучил. И, умоляю тебя, не разыгрывай сейчас передо мной спектакль под названием: ""Обидные слова говоришь"".

— И не собирался, — проворчал я, тем самым признавая его правоту.

Собственно, того-то я и добивался.

Когда Барон смеется, с ним договариваться проще, я это давно понял. У него своеобразное чувство юмора и довольно паршивая склонность к легкому доминированию над миром. Он тебе вроде и помогает, но при этом в его действиях сквозит нечто вроде пренебрежения, эдакое: ""Куда ты без меня"". Ему без этого что-то делать совершенно неохота.