Файролл

Не задано это было в их программном коде, если можно так выразиться.

— Да никак, — я не знал, как им еще объяснить очевидную для меня вещь. — Совершенно.

— Скажите, а от кого исходило решение о назначении на эту должность господина Никифорова? — внезапно спросил Ватутин. — Кто вам дал прямое указание и вручил те документы, которыми вы размахиваете? Приказ о назначении кто подписывал?

Клерки переглянулись.

— На них виза Зимина, — наконец произнес кадровик. — Формально именно он вправе назначать и снимать первых лиц в данной организации, как лицо, уполномоченное ""Радеоном"". Ведь именно наша компания владеет контрольным пакетом акций издательства, а значит, именно за ней остается окончательное решение на предмет того, кто здесь главным будет. А вот приказ они тут сами сделают, у них свой документооборот.

— Как вас зовут? — мягко спросил у него Ватутин, и этот его тон заставил меня насторожиться.

— Василий Марсов, — смутившись, произнес молодой человек, щека которого начала опухать. — Вот так вот удружили родители с именем.

— Вася с Марса, — хихикнул Устюгов. — Мы его так называем.

А что, ему подходит. Как есть — Вася с Марса. Немного косноязычен, исполнителен и обладает невероятной гибкостью позвоночника, общаясь с теми, кто ему выгоден. Порождение красной планеты, иноземная рептилия. Эк меня занесло, так и сыплю метафорами.

— Так вот, Василий, — Ватутин приобнял сына неба за плечи. — Я не спрашиваю вас, кто поставил подпись, я хочу знать, кто инициировал это назначение.

Клерк замялся, и Ватутин сжал его покрепче, да так, что у того что-то хрустнуло в районе шеи.

— Ой! — сморщилось лицо Марсова.

— Это пока ""ой"", — невероятно обаятельно улыбаясь, сказал ему Ватутин. — А вот когда вы, Василий, вернувшись в главное здание, отправитесь в увлекательнейшее путешествие на его нижние этажи, там не только ""ой"" будет. Там и ""ох"" воспоследует"", и ""ай"", и даже ""вах, мама-джян"". Правда, если вас это хоть как-то порадует, вы туда отправитесь не один, а с вашим другом. С вот этим.

И он показал пальцем свободной от объятий руки на Устюгова.

— Ядвига Владековна, — в один голос тут же выпалили клерки. — Она это! Мы тут ни при чем, нам сказали — мы поехали.

— Так вас никто и не винит, — совсем уж по-доброму сказал Ватутин. — Вы люди-то подневольные, разве мы этого не понимаем? Да, Харитон Юрьевич?

— Несомненно, — кивнул я, теперь окончательно убедившись в том, что от предложения этого надо отказываться.

Что бы ни придумала Ядвига, как бы красиво и заманчиво оно ни выглядело, добра от этого ждать точно не следует, по крайней мере — лично мне.