Файролл

Но откуда она про это знает? Кто ей рассказать мог? Тогда ведь так никто и не понял, что это шутка была, все решили, что я окончательно сбрендил. Маринка на трассе ""Дон"" погибла, Олег пропал без вести где-то на Черном Континенте, он же через год перевелся в АПН ""Новости"" штатным фотографом. Сашка? Скорее всего, это его рук дело. Не сам же Мамонт ей эту историю поведал?

Хотя — может, и совпадение высшего порядка, такое бывает. Впрочем, это несложно проверить.

— В один прекрасный день тебе непременно проломят голову, — с непонятным мне самому удовольствием, повторил я слова Мамонта, те самые, которые он мне сказал семь лет назад. — Когда этот день наступит, я поверю в высшую справедливость.

— Это вряд ли, — Шелестова развела руками. — Я же стала журналисткой и даже работаю в вашем еженедельнике, а вы о какой-то высшей справедливости толкуете.

— Всем работать, — я скривил рот, скрывая улыбку. — Шелестова — ко мне в кабинет.

— Допрыгалась, — злорадно прошипела Соловьева.

Остальные тревожно переглянулись.

— Давно пора, — Вика, по-моему, была готова просто захлопать в ладоши. — Одним днем, да? Чего ей две недели здесь нам глаза мозолить?

— Душа моя, просмотри новости, которые отобрали для нового выпуска, — попросил я и закрыл дверь прямо перед ее носом.

— Не поняла, — донеслось из-за двери.

Шелестова села в кресло, положила руки на колени и уставилась на меня.

— Овчинников? — утвердительно спросил я.

— Он, — подтвердила Елена и внезапно завопила. — Нет! Нет, Харитон Юрьевич, только не ремнем, у меня на попке следы останутся!

После чего пару раз смачно хлопнула ладонью по столу.

— Что ты за человек такой? — спросил я у нее обреченно.

— Насколько я поняла из рассказов Александра Валентиновича, — то я — это вы лет семь-десять назад, — заговорщицки прошептала мне Елена и уже в голос добавила, слегка охнув:

— А так мне даже приятно! Ещё-о-о-о-о!

— Заканчивай цирк, — посоветовала ей Таша из-за двери. — Неубедительно.

— Да? — расстроенно переспросила у нее Шелестова. — Жаль.

— Если ты хочешь и вправду попробовать сомнительные удовольствия мазохизма, то сходи и поешь в кафе у метро, — подал голос Петрович. — Я вот вчера там борща со зразами откушал, так потом весь вечер такие мучения испытывал, куда там твоей порке. Кстати, ты с Кифом поаккуратней, у него чувство юмора одностороннее. Он ведь возьмет и впрямь тебя… Э-э-э-э-э…

— Как Сашка? — пропустил я все эти реплики мимо ушей. — Все так же бухает?

— Совершенно не пьет, — удивила меня Елена. — Да и когда ему? Он теперь зам главного в одном из журналов, которые выпускает ""Деляга"". У него совещания и корректуры, живот, жена, двое детей и любовница из аналитического отдела. Некогда ему пить.

— Живот? — удивился я.