Файролл

Что до Жилина — нет, само собой, я ему благодарен за то, что он вписался за меня, это без дураков, но вот в армейского друга в соседнем доме мне что-то очень слабо верилось, не бывает таких совпадений, мы же не в кино, а в жизни. Впрочем, наверняка в них не верит и Азов, и думаю, что какой-то информацией он со мной поделится. Не всей, конечно, но что-то да скажет, это к бабке не ходи."

"Ну и с сущностями всех этих власть надо мной предержащих… Тут я совсем уже запутался, но что-то мне очень сильно сдается, что эти, в Крылатском, мне туфту впаривали. Хотя — кувшин, еще какие-то детали? С другой стороны — может, глава ""Радеона"" старинной чеканкой увлекается, может, даже ее коллекционирует, я и не такое видел. А это — самый главный экспонат коллекции, вот он его в кабинете и держит. Подальше положишь — поближе возьмешь.

Я пожужжал своей пепельницей (вот что значит ""оборонка"" делала — мороз не мороз, а она знай работает), вздохнул, рассудил по последнему вопросу, что завтра, после визита к Зимину, может, и появится какая ясность. Завтра я сыграю с открытыми картами — поглядим, что из этого выйдет, хотя огребу-то я по-любому — за то, что сразу не сообщил про их демонскую сущность. Но Зимина можно понять: вот так живешь-живешь — и не знаешь, что ты не человек. И даже доверенные лица не скажут, хотя про это уже и знают. Нехорошо я поступил, что уж тут.

Глянув на часы, я удивился — наивно полагая, что еще утро, я не слишком спешил, а время, оказывается, уже к полудню подваливает. Теперь понятно, чего моя по магазинам отправилась гулять. Ай-ай, как бы высадку на берег не прозевать.

Быстро поделав все дела, я залег в капсулу, надеясь, что выпитые мной препараты не оказывают на организм расслабляющего действия. А то ведь и казус неприятный выйти может.

Корабль стоял на якоре, это я понял сразу, как в игру вошел. Не качает, волна в борт не плещет — стало быть, на месте стоим. Ой, елки. А если все уже на берегу? Где мне их потом искать-то?

Я побежал на палубу, просто-таки ломая ноги, и надо заметить, что очень своевременно. Корсары грузились в последнюю шлюпку, первые две уже подходили к берегу, причем из головной неслась звонкая и складная брань капитана Дэйзи, что-то объяснявшей гребцам.

— Красавчик, ты где был? — Калле махал мне от борта. — Тебя все уже обыскались, мы вообще думали, что тебя вчера за борт смыло. Капитан Дэйзи очень расстроилась.

— Вот прямо расстроилась? — Мне было приятно. Я вразвалочку подошел к борту. А чего спешить — любимчик капитана все-таки.

— Ну да. — Калле кивнул. — Так и сказала: ""Жаль, что сдох, мы бы через него еще много выгоды могли получить, удачливый был, паразит"".

— Это она так расстроилась? — вытаращил глаза я.

— Ну да. — Калле сплюнул за борт. — Ценит она тебя, что уж тут. Даже завидно.

Н-да.