Файролл

Забавная тут шкала ценностей, ничего не скажешь.

— Давай, давай, лезь в шлюпку, — толкнул меня в спину наставник. — Не задерживай. Сезон дождей на носу, темнеет рано, нам же еще в джунгли идти, а там и днем-то не сильно хорошо видно, ну а ночью — так вообще никак. Если туда ночью пойти, то все, с концами.

— В смысле ""с концами""? — уточнил я, перелезая через борт и цепляясь за лестницу.

— Не выбраться оттуда никак. — Калле смотрел на меня сверху. — Войти — войдешь, а потом — все. Либо потеряешься, либо сожрет кто-нибудь, зверь там или местное население.

— Спасибо, друг, умеешь ты приободрить, — сообщил я ему, прыгая в лодку.

— Да, я такой, — захохотал Калле и тоже полез за борт.

Я огляделся. Синее небо, золотой песок прибрежной полосы, зелень джунглей за ней, одинокий корабль со спущенными парусами, покачивающийся на волнах, — сплошная романтика. Мечта тринадцатилетнего подростка, грезящего о приключениях и подвигах.

Стоп. Одинокий корабль? А где еще три корабля?

— А остальные суда где? — удивленно спросил я сидящего рядом Якоба.

— Кто их знает, — шмыгнул носом тот. — Может, потонули, может, нет.

— Да что тут было-то? — непонимающе заорал я.

— Чего шумишь? — Калле спрыгнул в лодку. — Шторм был, ты не помнишь, что ли? Как натянуло вчера днем туч, так, почитай, до трех склянок нас и крутило в волнах. В результате мы тут, а где все остальные — кто его знает? Пятерых за борт смыло. Мы думали — и тебя тоже.

Лодка ходко пошла к берегу, хмурые корсары взмахивали веслами — им явно не хотелось идти в эти джунгли.

— И как же теперь? — озадачился я. — Как узнать — живы они или нет? И вообще?

— Наверняка есть какое-то место общего сбора, — сказал Якоб нам. — Мы просто его не знаем, и, как по мне, так это не слишком-то честно. У меня друзья на корабле Ля Морта были, волнуюсь за них очень.

Калле с удивлением посмотрел на Якоба, но промолчал.

— Слушай, Красавчик. — Якоб пододвинулся ко мне поближе. — Ты бы спросил у капитана, где мы с ними встречаться будем, может, это недалеко отсюда и попадем мы туда скоро. У меня душа тогда успокоится.

Как-то все это очень коряво звучит. И странно.

— А сам чего? — грубовато спросил у него я. — Возьми да и спроси.

— Мне она не скажет. — Якоб почесал бок сквозь фуфайку, которую где-то добыл за этот день и натянул на себя. — А ты у нее любимчик, тебе все можно.

Ну да, любимчик…

— Ты где был, мерзавец? — накинулась на меня, как только заметила, Дэйзи. — Я думала, ты сдох, но сейчас вижу, что это не так. Ладно, это поправимо. Просперо.

Знакомый мне негр с колотушкой подошел к ней.

— Вбей этого поганца в песок по пояс, — скомандовала Дэйзи, показав на меня рукой. — Чтобы знал."

"Просперо захохотал во все горло.

— Капитан, убить вы меня всегда успеете, — примирительно сказал я Дэйзи.