Файролл

 — Ты же не ищешь его в тарелке с макаронами, ты их просто ешь.

— Ладно, бог с ними, с зомби, — перевел тему в нужное русло я. — Ты о ""Файролле"" слышал?

— Конечно, — с достоинством ответил Петрович. — И даже играл некоторое время, и не безуспешно.

— А чего бросил? — Мне было в самом деле любопытно.

— Нет денег — нет игры, — исчерпывающе ответил Петрович. — А так — ничего игруля, мне понравилось.

— А кем играл? — Я точно знал, что при всей своей флегме Петрович был очень въедливым игроком и персонажа своего раскачивал всегда по полной.

— Магом. — Петрович помолчал. — Огневиком, недооцененный класс, скажу тебе.

Забавно, надо запомнить. Ну да ладно, это все потом.

— Петрович, что я тебе предлагаю, — взял я быка за рога. — К утру вторника ты мне на почту подгоняешь начало комикса по ""Файроллу"", на два стандартных газетных разворота, сюжет — на твое усмотрение, но закладывайся минимум на десять номеров, хотя думаю, что будет больше. Должно быть увлекательно, по миру игры, без мата, без чрезмерного насилия и без голых баб — нам возрастные ограничения и всякие там штрафы не нужны.

— Можно, — с достоинством ответил Петрович. — Мой интерес?

— Семь тысяч за стартовый выпуск и халявная подписка на ""Вестник"" на три месяца. При удачном старте подниму вопрос о введении тебя в постоянный штат с постоянной ставкой, но работать будешь дома, я знаю, что ты тяжел на подъем. Ну, при условии, что это будет на самом деле толковый комикс.

— Если дело выгорит, я буду звать тебя Динь-Динь, — сообщил мне Петрович. — Ты будешь добрый фей.

— Главное не Трень-Брень, — припомнил я феечку, вдову рыцаря. — Ладно, в путь. Дорогу осилит идущий. Будут вопросы — звони. И вот еще что — пришли мне сообщением свой номер игрового договора, чтобы тебе абонентку продлили.

— Стой, — Петрович был деловит, — один вопрос. Черно-белый или в цвете?

— Черно-белый, — решил я. — Ну его, цветной. Классика рулит.

Мы попрощались, и я, довольный, закачался на кресле. Если сработает — может быть и эффект новизны, и определенный интерес аудитории, причем разновозрастной. А ведь потом еще можно спецвыпуски делать, да мало ли… Но это если выгорит.

Я набрал Зимина, но он был недоступен. Тогда я позвонил Валяеву, надеясь, что, может, хоть он откликнется.

— А, Киф, здорово, — снял он трубку практически сразу. — Если чего важное — говори, если нет — извини, я здорово занят.

— Ну у меня по газете вопрос, — ответил я. — Задумал я тут одну штуку в ней сделать…

— Ну так и делай, — оборвал меня Валяев. — Ты главный, ты и делай.

— Мне Макс велел докладывать, — не понял его я. — Если чего новое делать надумаю, ранее не согласованное.

— Это Макс, — категорично заявил Валяев. — Ему все знать надо.