Если бы меня спросили

— Ты куда-то торопился? Слишком разогнался? Не знал, что вода превращается в лёд при минусовых температурах?

— Я всё отремонтирую.

— Конечно, ты отремонтируешь. Что ты рукожоп, и не умеешь водить машину, никто не виноват. Но знаешь, можешь сколько угодно ненавидеть меня, не звонить, не писать, презирать, игнорировать — Ольга ни в чём не виновата. Не нужно портить нервы беременной женщине.

Он запрыгнул в свою машину. Дверь хлопнула. Его крутой внедорожник ослепил красным светом хрустальных стоп-сигналов и поехал.

— Да я же не специально! — крикнул Вадим вдогонку. — Я же хотел… — он безнадёжно взмахнул руками.

— А чего ты хотел? — раздался рядом знакомый голос.

«Ирка», — обрадовался он.

В тёплых уггах, пуховике, с термосом в руках и леденцом на палочке во рту она казалась совсем девчонкой. Особенно Вадиму понравились милые вязанные митенки и такие же смешные гамаши до колен. Воскресенский даже улыбнулся, хотя улыбка, конечно, вышла жалкой.

— Хотел как лучше, — вздохнул он. — Надеялся наладить отношения с отцом. Съездить для его беременной жены за мороженым, но, когда отношения хочет наладить только один из двоих, обычно так и бывает.

— А что не так с вашими отношениями? — протянула она свёрток. — Это тебе. Ждать ГАИ, наверное, придётся долго.

— Ух ты, — выдохнул Воскресенский. — Бутерброды? Кофе? И всё мне?!

Она посмотрела на него скептически. Хмыкнула.

— Это всего лишь сыр и хлеб. Я не почку тебе отдаю. Может, пойдём в машину?

— Пойдём. Быстро ты. Она даже остыть не успела."

"— Я же сказала, только переобуюсь. Эти всё, разбрелись? — оглянулась Ирка на магазин, на забор. Качнула головой. — Сплетники.

Сплетники, не сплетники, забрался Вадим в машину вслед за ней, но именно в тот момент, когда его предупредили, чтобы с ней не связывался, он решил — обязательно свяжется.

Вернее, сначала он удивился, что не подумал о том, что она может быть несвободна или замужем, потом понял почему: будь он её мужем, ни за что не позволил бы возвращаться вечером одной, куда бы они ни ходила — проводил, встретил. Хотя мужья, конечно, бывают разные. А потом поймал себя на мысли, что ему всё равно, есть у неё муж или нет. Абсолютно всё равно.

Он даже подумал, если бы она не упала, в чёртово дерево он бы врезался всё равно.

Конечно, можно было просто затормозить, что-нибудь спросить, попытаться познакомиться, но тогда шансов получить бутерброд из её рук не было ни одного.

Инстинкты повели его к сердцу женщины самым коротким путём — башкой в дерево.

— Так что не так с твоим отцом? — удобно устроилась Ирка на сиденье, расстегнула пуховик.

— У нас очень сложные отношения, — не стал Вадим строить из себя сурового брутала, из которого клещами слово не вытянешь.