Его невеста

А то он не знал!

Федор сорвал с себя остатки одежды, что превратились в лохмотья при первом обращении, и, не обращая внимания на собственную наготу, подбежал к Наташе.

К его маленькой волчице, имеющей невероятно красивый серебристо-серый оттенок шерстки. Волчица, почувствовав присутствие вожака, подняла мордочку и глухо завыла. В глазах — огромных, таких родных — застыл упрек.

Мол, почему так долго шел? Мне больно, а тебя нет рядом…

— Всё, маленькая, я тут… тут.

Он поднял волчицу на руки и перенес её к дивану. Басур поднялся следом. Встал, расставив ноги на ширине плеч и скрестив руки на груди.

Федора разрывало от желания заехать ему в челюсть. Нежность к Наташе пересилила.

Он опустил волчицу на мягкую поверхность и принялся нашептывать успокаивающие слова. Обращение почти завершилось. Она справилась.

Девочка, что росла среди людей. Которая не верила, что она омежка. Которая даже не знала, в чем её предназначение.

Присутствие чужого человека в гостиной нервировал. И ещё как! Федор погладил волчицу по холке, та закрыла глаза. Федор обернулся и нашёл взглядом Басура. Тот стоял как ни в чем не бывало и даже позволил себе усмешку.

Ладно… С этим сукиным сыном он потом разберется.

Сначала Ната.

Он гладил её снова и снова, испытывая неимоверное облегчение, что с его истинной всё в порядке. Более того! Она смогла перекинуться. Не каждой омежке подобное дано.

Более того, Федор не встречал ни одной такой.

Она создана для него. Нет никаких сомнений.

А он — для неё.

Её дыхание успокаивалось, выравнивалось. Боль больше не разрывала мышцы, не ранила разум, не выворачивала кости. Наташа приняла свою сущность.

Ни Федор, ни незваный гость ничего не говорили. Прислушивались к тому, что происходит вне квартиры, не нарушая образовавшейся тишины.

Сердце Федора и сердце Наташи бились в унисон.

Казалось, прошла целая вечность, прежде чем он, не делая резких движений и двигаясь бесшумно, поднялся. После чего взял волчицу на руки. Его затопила теплота. Какая же она… невероятная.

Самая. Самая.

В спальне он уложил истинную на кровать и задержался, снова любуясь ей.

Мог ли он мечтать о подобном подарке?

Разгуливать и дальше голышом глупо.

— Что. Ты. Делаешь. В. Моем. Доме.

Федор надвигался на некроманта. Тот стоял у окна и, казалось, чувствовал себя совершенно свободно.

Опасный и хитрый ублюдок.

Проникший в его защищенный дом.

Без взлома.

То есть, сделав портал прямо в квартире демона!

Федор снова закипал. Агрессия бурлила в крови. И если бы не было вероятности, что Ната проснется, он не сдерживался бы.

Убить Басура не убил бы. Как и тот его. Но шкуру они друг другу попортили бы основательно.

— Пришел познакомиться.

— Познакомился? — Федор угрожающе повел плечами.

— Пока ещё нет.

Басур встал напротив.