Его моя малышка

Почему-то она была уверена, что у Туманова мог родиться только сын. Но и точно знала почему этого не сделала: потому что тогда на все его настойчивые предложения выйти замуж с ужасом думала в каком возрасте останется вдовой, а дети без отца. Нет, его всегда было слишком много.

А ещё он как был, так и остался до беспардонности прямолинеен.

— У тебя сейчас есть кто? — прошептал он спустя пару рюмок и шумные обсуждения бывших коллег и прежнего начальства.

— Лёш, — вздохнула Марина и повернулась нему. Ух! Он её если не испепелит взглядом, то точно пронзит пиками резкого излома своих жгучих бровей. — Это неважно.

— Важно. Потанцуем? — вроде и спросил он, но уже и стул отодвинул и руку подал."

"И плевать ему было, что до этого на танцполе звучала за музыка, под которую трясли телесами подвыпившие посетители. Он даже руку не отпустил, просто по ходу нагнулся к ведущему, что-то шепнул, кинул, не глядя, на пульт купюру и, пока они дошли до центра зала, уже протяжно запели скрипки. А Марина покрылась мурашками от того как, положив ладонь на её спину, Туманов втянул носом её запах и почти коснулся губами шеи.

— Хочу тебя до беспамятства, — прошептал он.

«Чудно, — только и осталось Марине, что усмехнуться. — Вот и поговорили. Такой серьёзный деловой вышел разговор. Спасибо, Василиса!»

Она демонстративно отстранилась и вывернула шею назад так, что наверно, могла бы увидеть свои пятки. И тут у кромки танцпола увидела того, кого точно здесь быть не могло.

«Гомельский?!» — моментально потеряла она интерес к Туманову, а ведь целых три секунды даже раздумывала не уступить ли своим бьющими копытами яичникам и не согласится ли.

И рука его уже казалась нестерпимо горячей, и прижимал он Марину к себе неприлично сильно, и композиция Лары Фабиан слишком длинная, и вообще Марине срочно надо в туалет, или на свежий воздух, или ещё выпить.

— Ты только сразу не говори «нет», — уступил Алексей её ёрзанью и ослабил хватку. — Иначе мне придётся снова тебя добиваться, доказывать, что на самом деле «да», и мы зря потеряли столько времени.

— Ты, может быть, и ещё потеряешь, Лёш. А для меня ничего не изменится. Нет.

Он шумно выдохнул.

— Марин, ну зачем? — скривился он. — Ну зачем опять идти длинным путём?

— Видишь парня позади меня?

— Вижу двух, — совершенно не смущаясь поднял он голову, уставившись по указанному направлению. — Моржов и Гомельский.

— И обоих знаешь? — удивилась Марина тому, что и Моржов здесь.

— Погоди, погоди, — нахмурился Туманов, разглядывая её с интересом. — Да нет! Да не может быть! Ты и Моржов?!

Её хотелось прыснуть со смеху: она и Снеговик? Пошутить, что Туманов теряет хватку.