Хранительница его сокровищ

Выспимся и побеседуем.

Как ни странно, Раньеро согласился. Договорился с остальными, что эти трое — под его ответственность, у него в доме будут под стражей. И забрал их порталом прямо до дома.

В доме творилось что-то невообразимое. Вроде, там у него кто-то ночью помер, ну, из тех, что уснули и не проснулись, а сейчас проснулись. И у кого-то из соседей случилось что-то похожее. И все просто орали, что так не бывает, и это либо какая-то супер-милость от Великого Солнца, либо на пороге Пришествие Тьмы."

"Лизавете уже не было никакой разницы, если честно. Их проводили в гостиную, там сидели мальчишки — Антонио и Альдо, а все остальные уже спали. Лиса провели в его комнату, а они с Соколом остались в гостиной. У порога поставили стражу, двери не запирали.

Лизавета посидела немного, а потом плюнула на все приличия. Нашла под юбками подушку, отвязала её с бёдер и сложила на лавку. Потом вытащила из корсета деревянный бюск — без него было попроще. К слову, бюск выгнулся под давлением тела, вот диво-то! А после связала подушку бантиком, а сама забралась на лавку с ногами и сунула её себе под голову.

Сокол осмотрел эти манипуляции, посмеялся, подушку вытащил и положил на стол, а её голову устроил у себя на коленях. И сказал — спите, госпожа моя.

А теперь она проснулась… где-то.

Открыла глаза и села. Комната не её, но очень похоже, что как раз Сокола. Она, в платье и всём прочем, разве что без красных башмачков, возлежит на его кровати. Заботливо укрытая его тяжёлым суконным плащом с мягкой льняной подкладкой. Хороши эти плащи… когда сухие и чистые, конечно.

Хозяин всего этого великолепия был тут же, у окна, за которым догорал закат, и блистательно взошедшее утром в славе и колокольном звоне солнце опускалось в море. Он смотрел на неё с доброй улыбкой.

— Приветствую вас в новом году, госпожа моя.

— Я вас тоже. Уже завтра или ещё сегодня? Что происходит? Как я здесь оказалась?

— Что происходит — да ничего, как мне кажется. Решение нашего острого вопроса отложили до того момента, когда все проспятся после бурной ночи. Говоря вашими словами — ещё сегодня. Восход Солнца мы приветствовали нынешним утром. Вы оказались здесь потому, что я не готов доверять вашу охрану каким-то неизвестным мне людям. Когда нам разрешили разойтись по комнатам, я перенёс вас сюда. Вы спали и не возражали, — он, кстати, переоделся из принцевого наряда в обычный.

— Спасибо, — Лизавета спустила ноги на пол и принялась искать ими обувь.

Нашла, хотела наклониться завязать, но корсет естественным образом не позволил.

— Погодите, — Сокол наклонился, помог надеть оба башмака и завязал шнурки.

Лизавета встала, хотела пойти к двери… и обнаружила поперёк неё на лавке незнакомца. Тот сидел, с любопытством на них поглядывал и держал в руках пистолет.