Хранительница его сокровищ

Дома и в гостях тоже следует по-всякому развлекаться — например, петь песни или слушать волшебные истории с хорошим концом. И к рассвету снова выбраться на улицу, чтобы приветствовать восходящее Солнце радостными ритуальными песнопениями.

Программа выглядела устрашающе. Лизавета опасалась, что захочет спать уже к полуночи, и что с этим делать? Оставалось только положиться на добрых коллег по приключению.

И следовало одеться."

"На этот раз и у неё, и у Тилечки были прекрасные праздничные платья. Из одной ткани — ну и пусть, они различались в деталях и в рисунке отделки. Завершали вчера поздно ночью, под рассказ о жизни Эдмона Дантеса в замке Иф и о сокровищах аббата Фариа. Если бы не магические умения Тилечки — не завершили бы ни разу, но она очень ловко натренировалась запускать однотипные действия, чтоб совершались сами, и это серьёзно облегчило процесс и ей, и Лизавете. Лизавета под шумок вышивала свои платочки, и никто даже не спросил ничего — это ж нормально, что дама вышивает платочки, платочки должны быть у всех в потребном количестве. Благодаря Тилечкиным усовершенствованиям процесса шитья ей удалось справиться со всем. И даже хорошенько выспаться после. Ну подумаешь, проснулась опять ближе к обеду, ночь-то не спать! И не просто ночь не спать, а ещё и утром ждёт незнамо что. Лизавета решила выбросить проблемы Скипетра из головы до рассвета, и ей это удалось. Лису надо — вот он пусть голову и ломает. А она будет радоваться празднику.

Мелькнула мысль о доме, как же без неё. Дома Новый год, скорее всего, был бы с родителями. Может быть, пришёл бы Вася с семьёй, если бы не уехал в Китай, он обычно ездит. У Насти сессия, Настя собиралась приехать позже. Посидели бы, помолчали, потаращились в телевизор, пожелали друг другу здоровья, подарили подарки и разошлись спать часа в два. А перед тем неделю упахивались — убирали дом, запасали продукты, готовили еду на праздничный стол.

Здесь Лизавета была полностью избавлена от закупок, готовки и уборки. В первый раз за много лет, с детства, наверное. И это оказалось офигенно! Можно было заниматься собой и думать о всяких глупостях.

Волосы ей Тилечка покрасила ещё вчера, сегодня они были приятного ровного, не слишком яркого цвета. Обилие свежего воздуха и физической нагрузки замечательно подействовало на кожу и фигуру в целом — большое зеркало в купальне отразило подтянутую женщину с явно выраженной талией, сразу же обозначившей контраст с грудью и бёдрами. Это радовало.

Лизавета же накануне перед сном завила Тилечкины волосы на тряпочки, и теперь из них получились чудесные ровные локоны, которые Тилечка потом ещё чем-то магически укрепила, чтобы не разваливались.

Сначала красились — Лизавета сделала лицо себе, а после Тилечке.