Хранительница его сокровищ

— Ещё бы, они либо лица духовные, либо люди воспитанные, и не станут ругаться при даме. Но я думаю, где-нибудь вам непременно удастся послушать.

— Не скажу, что хотела бы, но если представится случай — не откажусь. Как там называется тот город, куда мы отправимся дальше?

— Кайна. Это побережье Лирийского моря. Ехать тоже дней десять, но — через горы.

— Через горы интересно, — кивнула Лизавета. — Далеко до тех гор?

— День пути. Смотрите, — он сунул палец в стакан с вином, и стал рисовать прямо на столе. — Мы тут, — поставил жирную точку. — Фаро тут, — ещё одна точка, в стороне.

Дальше он подобным же образом изобразил береговую линию, Аллическое море, реку Мор, в которой они купались по дороге, горную цепь с севера на восток и побережье за ней. На побережье нарисовал круглую бухту и возле неё поставил ещё одну точку.

— Кайна тут. Это красивый морской порт, бухта у них очень симпатичная, но портовый сбор ещё больше, чем в Фаро.

— Вы там бывали?

— Неоднократно. Но давно не заглядывал, только известия получал. У меня там люди, которые присматривают за моими интересами.

— Представительство вашей фирмы?

— Как вы сказали? Да, что-то вроде. Фирма — это предприятие?

— Да. Именно.

— Тогда у меня оно.

— И… чем вы занимаетесь? — осторожно спросила она.

— Морской торговлей. У меня много кораблей и много… представительств.

— И вы вынуждены бросить всё из-за затеи господина Астальдо?

— Нет, из-за собственной глупости и самонадеянности. Но у меня сыновья, они отлично справляются.

— А вы получаете известия?

— Конечно. Не напрямую, Астальдо запретил мне это, но есть способы. Скажите, чем он вас держит?

— В смысле — держит? Почему я всё это делаю?

— Да.

— Боюсь, у меня нет вариантов. Куда я здесь денусь? Я не знаю никого и ничего. А чем он держит вас?

— Он оказал мне большую услугу и потребовал ответную. А для вас он что сделал? Или только обещал?

Лизавета задумалась над формулировкой. Сказать, что только он может вернуть её домой? Но раздумья прервали появившиеся Тилечка и мальчишки. Радостные и шумные.

— Ой, госпожа Элизабетта, там было так здорово! Это самый расчудесный бал в моей жизни, — сообщила Тилечка.

— Вот и хорошо, — кивнула с улыбкой Лизавета. — Вы ужинали?

— Да, нас покормила госпожа Зиновия.

И поскольку Лизавета зависла, Сокол пояснил:

— Дочь его милости герцога Вассо. Молодёжь, тихо, — все мгновенно замолчали. — Первое — здесь спят. Хотите громко болтать — ступайте наружу. Второе. Первая стража на вас, хоть на всех вместе, хоть жребий бросайте. Потом будите брата Василио, потом он будит Мартелло. Еда на столе.

— Тилечка, ты пойдёшь мыться? — спросила Лизавета."

"— Хотела бы, — тихо сказала девочка.

Сокол понял с полуслова.

— Госпожу Аттилию проводить до купальни и обратно.