Мой единственный

– Какая печальная история… Ричард никогда не доставлял мне серьезных хлопот, пока не увлекся замужней женщиной. Но все эти прегрешения ничто по сравнению с высылкой на каторгу, расположенную на другом конце мира. Кто бы мог подумать, что на такое способен родной отец! – вздохнула Габриэлла. – Не удивлюсь, если окажется, что Джеймс прав: лорд Менфорд, возможно, не настоящий отец Ричарда и так жестоко обращался с ним в детстве, потому что ему пришлось принять и воспитывать бастарда жены.

– Полагаете, граф таким образом мстил жене? Вымещая свою обиду на мальчике, наказывал Ричарда за ее грехи?

Габриэлла кивнула.

– Это все объясняет. Отец не может быть настолько жесток, если, конечно, он не безумен.

– Нет, он не безумен. Будь это так, граф не смог бы столь искусно скрывать свое безумие под маской здравомыслия.

– Ор говорил, что Ричард ненавидит отца. Не сомневаюсь, что сам он предпочел бы быть бастардом.

– Это все равно не спасет нас от того положения, в котором мы оба очутились, – сказала Джулия. – Даже если мы без обиняков выскажем это графу в лицо, он все равно откажется разорвать этот гнусный договор. Согласно букве закона, Ричард носит его фамилию и обязан выполнять условия брачного договора, законнорожденный он или нет.

– Пора спускаться вниз, леди, – сообщил Дрю, подходя к жене и обнимая рукой ее за талию. – Конечно, невеста и друзья жениха имеют полное право ожидать наверху, пока его освободят. Но Джеймс не хочет, чтобы женщины на верхней палубе отвлекали.

– Судно вышло из Англии в море всего пять дней назад, – фыркнула Габриэлла, глядя на мужа. – Вряд ли они успели так изголодаться по женщинам.

– Собираешься спорить с Джеймсом?

Габриэлла засмеялась."

"– Это безнадежно. Пойдем, Джулия. Надо дать время Ричарду привести себя в порядок, прежде чем он будет готов с нами встретиться. Не сомневаюсь, что он только об этом и будет думать после недели, проведенной в трюме. Ричард весьма щепетильно относится к своей внешности. Он может одеваться в рванье, но эта рвань должна быть чисто выстирана. Я всегда считала это несколько странным, просто не знала, что он – сын лорда. Теперь я многое понимаю. Аристократы всегда придают слишком большое значение своей внешности.

Джулия наконец поняла, как мало знает о человеке, с которым была помолвлена всю жизнь, но ей пришлось согласиться с замечанием Габриэллы. Она не припоминала, чтобы когда-либо видела Ричарда растрепанным или не в идеально чистой одежде. Возможно, это граф воспитал мальчиков так, что они не смели пачкаться?

Их судно почти нагнало корабль с каторжниками, но Джулия так увлеклась разговором, что даже не заметила этого. Внезапно девушку охватило сильнейшая тревога.