Не единственная

Нужно было позвать его в самом начале, он пришел бы по мирам и исправил все… Нужно было просто доверять ему и делать, что он говорит…

…Она скажет ему, что согласна на ту науку. Что любит и понимает его. Что он — ее единственный мужчина. Расскажет все и попросит прощения за этот поцелуй с Майром. Наверняка он простит, он ведь самый великодушный, самый понимающий, самый лучший…

Можно было позвать его мысленно. Он всегда слышал, когда был в этом мире. Но ей хотелось увидеть его сразу. Найти, обрадовать, попасть в его объятия. И Аньис принялась искать его. Она знала, что сейчас Рональд должен быть дома, он никуда не собирался.

Но в кабинете его не было, в их покоях — тоже… Она спросила у Парма, но и тот не знал, где хозяин. Наверное, он у себя в мастерской, сообразила Аньис.

Что ж… В ту часть дворца Аньис не ходила, слишком сильно это место напоминало ей о драконьем пламени Эдора и невероятной пытке, что пришлось пережить. Но ей нужно увидеть мужа прямо сейчас… И она кинулась по коридорам в дальнее крыло, в котором чуть не сгорела.

Как когда-то, быстрым шагом, почти бежала… Щеки раскраснелись, сердце громко билось. Лестница… Потом тот коридор. На мгновение Аньис остановилась от ужаса. Ей показалось, еще шаг — и она увидит Эдора. Его бездушное, решительное лицо, когда он шел на нее…. Тоже вожделел ее. Один Рональд любит.

Она выдохнула и заставила себя пойти дальше. Нельзя бояться этого места до бесконечности.

Ну вот и заветная дверь в конце пути… Аньис остановилась отдышаться. Любимый должен быть за этой дверью. На мгновение она задумалась. Они уважали друг друга. Он стучался, когда приходил в ее кабинет, где она работала над эскизами. И она всегда поступала так же. А сейчас она хочет ворваться…

Аньис постучала. Но никто не ответил. Дернула за ручку — то ли его нет, то ли заперто изнутри. Но где еще он может быть? Никуда не собирался… Может быть, увлекся и не слышит. В этот момент Аньис забыла, что у него слух лучше человеческого, и что он ощущает присутствие чужого разума… Она была уверена, что он там.

Направив руку в сторону засова, она открыла дверь магией. Вошла. Рональда здесь не было. И Аньис встретилась взглядом со светло-зелеными глазами.

Надо же, почти не больно, подумалось ей. Придвинула единственный стул, села. Как сильный удар — ноги подгибаются, а боли нет. Слишком ошарашивающе. Мир перевернулся. Или рухнул.

«Она» не была красавицей, но притягивала взгляд. Из тех, что красивы внутренней жизнью, кипящей внутри. Глаза зеленые, чуть раскосые, проницательные, умные и… добрые. Нельзя этого не признать. И смотрят, словно она живая, как будто она тут, в комнате. С пониманием, проникая сквозь лицо до затылка.