Джульетта стреляет первой

Анжела хотя и старалась, но отставала. Таня взялась напевать:

– Перепелка, перепелка, перепелочка! Раз иголка, два иголка – будет елочка!

– Как у тебя дыхалки хватает? – пропыхтела Анжела.

– Долгие годы тренировок, – усмехнулась Садовникова.

Трезвыми голосами, да еще в жилых кварталах на острове не поют. Народ обязательно заинтересуется, выглянет. А завтра, может быть, их примеру кто-то последует.

«Еще надо заказать всяких спортивных костюмов наимоднейших. А то «Джуси Кутюр» у одной только Анжелы, – мелькнула очередная мысль. – Сделать в магазине хорошую выкладку, презентацию провести».

Где-то она читала: если потребитель приобрел одежду для спорта, то с вероятностью семьдесят процентов ее хотя бы опробует.

А еще нужно открытые уроки йоги начать проводить. И убедить Максимуса оборудовать бесплатный спортивный зал. Или даже бассейн. Плюс обязательно открыть в местном магазине отдел спортивного питания. Таня иногда пила белковые коктейли и давно заметила, что после них алкоголя совсем не хочется.

«Хоть и новое для меня дело – но идет потихоньку! – подумала радостно. – Вдруг правда излечу целый остров от пагубной страсти! Отличная будет страничка в портфолио».

Но окончательно предаться честолюбивым мечтам у Татьяны не получилось. Дорога к пляжу, даже в компании неповоротливой Анжелы, – десять минут. Дойти до толпы не успели – столкнулись с Марком. Смертельно бледный, он бежал им навстречу и прикрывал ладонью рот. Лицо перекошено ужасом, глаза несчастные.

– Говорила я тебе: труп! – успела шепнуть Садовниковой Анжела.

И кинулась к молодому человеку:

– Марк, Марк, что там?

Но тот лишь головой помотал. Вцепился в рот двумя руками и ринулся прочь. Из кустов раздались характерные звуки рвоты.

– Слабак, – приговорила Анжела. – Ладно. Сами посмотрим.

В темпе спринтера добежала до места происшествия и начала решительно ввинчиваться в толпу.

Таня не спешила следовать примеру подруги, но Анжела обернулась, схватила ее за руку и потянула за собой.

– Девчонки, вам туда не надо, – попытался остановить их пожилой джентльмен из толпы (кажется, бывший оперный певец).

– Почему? – Художница тщетно пыталась растолкать плотно сомкнувшиеся первые ряды.

– Человек после падения с высоты – не самое эстетичное зрелище, – вздохнул их собеседник.

Анжела оставила предостережение без внимания. Глаза загорелись любопытством.

– Иди, сама смотри, если такая смелая.

Анжела выпустила Танину руку и скрылась в толпе. Садовникова за нею не торопилась. И успела услышать, как пожилой мужчина печально вздохнул:

– Нет повести печальнее на свете.

– Вы о чем? – резко обернулась к нему Татьяна.

– Там двойное самоубийство. Влюбленные со скалы спрыгнули. С мирадора нашего.