Джекпот! Выбор!

Два удобных кресла в уголке с круглым столиком между ними, камин с белой шкурой на полу выделялся ярким пятном, парочка сабель и мечей на них, как единственное украшение. Минимализм в классическом его проявлении.

Звук шагов за дверью, перемежаемый мужскими голосами, заставил напрячься, и я быстренько осмотрела тумбочки в поисках того, что может стать оружием. Всегда лучше прятать ножичек под подушкой, но добежать до противоположной стены за ближайшим клинком я бы не успела, а потому в качестве оружия примеривала какой-то свиток, тяжелый фолиант, загадочный шар светящийся изнутри и тарелку с фруктами."

"Голоса звучали все ближе, сливаясь в единый рокот. Подскочив, подхватила тарелку, обрадовалась, найдя маленький ножичек, и вспомнив заветное «неожиданность наше всё!» швырнула один из фруктов прямо в скрипнувшую дверь.

Попала… Пусть метание предметов и не было моей сильной стороной, но в этот раз звезды встали в нужный ряд и я с ошарашенным громким «Ой!» наблюдала, как по лицу Рона расплывается сочное желто-оранжевое пятно.

— Вижу, ваша жена уже пришла в себя, — хихикнул незнакомый мне мужчина, пока моя рука, явно шокированная таким метким попаданием, продолжила действовать согласно заложенной в нее программе.

— Вон, — рявкнул взбешенный Рон, заставив меня испуганно подпрыгнуть. Никогда еще не видела его таким злым.

Сделал шаг вперед, уклонившись от очередного фрукта, что новым ярким пятном украсил излишнюю холодность выдержанных цветовых решений.

Хлопнула дверь за суетливо поспешившим ретироваться незнакомцем, и новый снаряд украсил макушку не ожидавшего нового нападения мужа. Быстрый звериный шаг, слитное движение тела, и о каменную голову этого балбеса разбивается оказавшаяся в руках тарелка. Сильные пальцы, перехватывает мою занесенную с зажатым ножичком руку.

— Тише, порежешься, — цедит сквозь зубы кипящий от ярости мужчина, прижимая мое тело к себе.

Бью кулачками по его груди, только бы убедиться, что он материален.

Грубая ткань больно трется об нежные соски, и я только теперь понимаю, что полностью обнажена. Опять. Снова. От этой мысли пробирает на хи-хи. Видимо, судьба у меня такая просыпаться голой в чужих кроватях. И за какие грехи мне такая расплата? Непонятно…

Рон что-то говорит, но я не слышу. Стекающий яркими потеками сок удивительным образом смягчает его серьезное злое лицо. Подушечками пальцев стираю капельку с упрямого подбородка. Внутри заполошно колотиться сердце, а эмоции вдруг меняют свое направление со страха на злость и откровенное желание.

Тянусь к его рту, что-то упрямо мне выговаривающему, и жадно накрываю губы, сметая в поцелуе. Мне нужно убедиться в реальности происходящего, в том, что это не очередной бред пойманного в ловушку разума.