Две полоски. Двойная ошибка

А еще я верила, что меня спасут. Очередная женская глупость – верить мужчине.

– Ух ты, какая малышка, да ты хорошенькая, я это разглядел еще вчера.

Дергает меня наверх, больно сжимая горло, от удушающей вони перегара подкатывает тошнота. Хватаюсь за грязную футболку Лысого, упираясь в плечи. Заки опять надрывно лает и мечется позади меня по клетке, второй похититель все еще на полу, ничего не говорит и ничего не предпринимает.

– Вечеринка начинается, да? Болт, какого хрена там развалился? Если я буду добр, я поделюсь с тобой этой красоткой.

– Отпусти! Отпусти меня!

Это оказалось сложнее, чем я думала, нервы сдают, надо сопротивляться всеми силами.

– Строптивая малышка, люблю таких, значит, не будешь лежать бревном и лить слезы. Хотя я люблю слезы, люблю их вкус, соленые и сладкие одновременно.

Тошнота подкатывает снова, когда эта сволочь снова тянет меня на себя, трется пахом, ведет языком по щеке. Удается ударить в пах коленом, Лысый стонет, но щеку обжигает увесистая пощечина, а я лечу на бетонный пол.

– Сука! Вот же сука какая! Да заткни ты пасть! Болт! Я сейчас тебя вместе с твоей псиной прикончу.

Он слишком взбешен, сглатываю скопившуюся во рту кровь, Лысый размахивает оружием, его подельник что-то бормочет, но я слышу лишь лай. А когда зажмуриваю глаза и закрываю уши, сгибаясь пополам, раздается… выстрел.

Разрывающий сознание.

– Клим Аркадьевич, там лабиринты, тем более там дальше проезда нет.

– Значит, тот старый «Форд» рядом, ищите, ребята, ищите. И знаю я, что там потеряться можно.

Рома как мог проследил по камерам, куда свернула тачка, Рома молодец, в отличие от доблестной полиции, представители которой не могут жопу оторвать от стула. Район так себе, гаражи, странные постройки, бывшая промышленная зона какого-то завода. Завод загнулся лет тридцать назад, оставив в наследие лабиринты ходов и проездов.

Вышел, ботинки утонули в грязи, достал оружие, прислушался. Ребята осторожно начали оглядываться по сторонам, доставая стволы вслед за мной.

– Идем, не палить во все подряд, потом не разгребем дерьма.

– Да тут можно семь раз грохнуть, закидать мусором, и никто не найдет никогда.

– Женя, я – сказал, ты – услышал.

– Найдете девушку, того, кто будет рядом, не убивать, звать меня.

Хотелось бежать, разгребая руками искореженный металл, горы какого-то хлама. Не узнавал себя и собственные эмоции, никогда в моей крови не бурлила такая ненависть. Кто-то посмел трогать мою женщину, мать моего сына и моих будущих детей, а в том, что они еще будут, нет сомнений.

Продвигался вперед широкими шагами, у бака спал бомж, укрытый картонкой, рядом с ним копошились крысы. Позади шел кто-то из ребят, под подошвой скрипело битое стекло, а я слышал лишь скрежет собственных зубов.