Герцогиня-дурнушка

– В этом ваш сыщик ошибся.

– Он пришел к такому выводу вот по какой причине… Если я правильно его поняла, Ястреб оставил множество незаконнорожденных детей по всей Ост-Индии. – Тут она встретилась с ним взглядом, причем, отбросив все претензии на учтивость, смотрела на этого человека с тем презрением, которого он заслуживал. Ведь он не потрудился вернуться домой, чтобы утешить умирающего отца. Он жил все эти годы за счет грабежа и, конечно же, убил множество людей. К тому же он изменил своим брачным обетам, а затем бросил своих собственных детей, пусть даже незаконных и нецивилизованных.

Джеймс какое-то время молчал. Мальчик, которого она помнила, давно отступил бы под ее яростным взглядом. Но этот мужчина в задумчивости смотрел на нее, скрестив руки на груди.

– Похоже, ты слишком разгневана. Когда я покидал Англию, ты была в том же состоянии, но я надеялся, что время тебя смягчило…

– Я была зла тогда, потому что ты женился на мне обманом. Наш брак казался мне неудачным долгие годы, хотя, как видно, он был для меня не столь неудачным, как для тебя. И все же уверяю тебя, я больше не чувствую ничего, кроме легкой обиды за твой обман с нашей женитьбой. Однако я еще раз тебя спрашиваю: ты и в самом деле бросил своих детей? Или ты привез их сюда? Может, твои отпрыски и есть тот багаж, о котором ты упомянул?

Тишина, воцарившаяся в гостиной, была подобна удару хлыста; в ней ощущалась неистовая ярость – словно воздух рассекли надвое.

– Ваш сыщик с Боу-стрит ошибся, – повторил Джеймс, когда Тео уже готова была пойти в детскую. – У меня нет детей. Вообще.

– В самом деле? – холодно спросила Тео. – Ты в этом уверен? Должна ли я поверить, что ты побеспокоился справиться обо мне через девять месяцев после отъезда из Англии?

– Я послал человека, чтобы он выяснил это.

– Жаль, что ты не попросил этого человека сообщить герцогу, что ты цел и невредим. – Перед смертью Ашбрук постоянно думал о сыне, но этого Тео не сказала бы даже в сильнейшем гневе – это было бы слишком жестоко.

– Отец не казался мне старым. Как ни глупо, я даже представить себе не мог, что он умрет, прежде чем нам удастся помириться. Об этом я глубоко сожалею, как и о многом другом, – сказал Джеймс без всякого выражения. – По правде говоря, именно известие о его смерти превратило меня из Графа в Джека Ястреба.

Тео ждала продолжения, но муж умолк. Очевидно, он не считал своим долгом объяснять ей что-либо. Не сказав больше ни слова, она вышла из комнаты и поднялась наверх.

Полчаса спустя, лежа в своей ванне, Тео придумала очевидный выход из этого невообразимого поворота событий. Она села так стремительно, что вода хлынула с ее плеч и выплеснулась на пол.

– Мне нужен Бойторн! – воскликнула она.