Дурман для зверя

— Захар!

— Хорошо, выезжаю!

Глава 20

Скотина! Он опять и не подумал о предохранении! Но что-то и моих истерических воплей «Надевай резинку!» тут тоже не прозвучало.

Я зло скребла кожу ногтями, стремясь поскорее смыть с себя сперму Захара.

— Я уезжаю, — сообщил он, появляясь огромной темной тенью с другой стороны матовой душевой перегородки. — Повторюсь, если ты меня не поняла сразу: теперь ты живешь тут, о любом выходе из дома ставишь меня в известность звонком или сообщением, а я решаю, нужно ли это. «Забывать» не советую. Со своими бывшими дружками никаких контактов. И никаких — значит, именно никаких, Аяна. О любой попытке нарушить правила я тут же буду осведомлен, можешь не сомневаться. А вслед за этим будут и последствия.

— Как я узнаю, что…

— Не начинай! — грубо оборвал он меня. — Я сказал, что их отпустят. Так и будет.

— А когда отпустят меня? — спросила, добавив в голос яда, подставляя под струи лицо.

— Мне пора, — проигнорировал мой вопрос котоволчара. — Завтра тебя ждет нелегкий день, да и у меня полно забот.

— Ты женат? — неожиданно вырвалось у меня.

— Абсолютно не твое дело. — И он направился из ванной.

— А что, блин, мое дело?

— Наше совместное удовольствие, де-воч-ка. Хотя мое — в приоритете.

— И что, так теперь и будет? — Мне захотелось заорать и разбить чертово стекло. — Ты приходишь когда хочешь, трахаешь меня как хочешь и просто сваливаешь?

— Как только я действительно стану тебя иметь именно так, как я хочу, так и будет, а пока уж как выходит. — Не расслышать насмешку было невозможно. — Доброй ночи, Аяна.

Я нарочно стояла под душем, сколько смогла выдержать. Будто вода могла смыть все то дерьмо, в которое превратилась моя жизнь.

Непривычно широкая постель после моей узкой койки на втором ярусе, чужая квартира, считай, практически тюрьма, где я сама себе ответственный тюремщик, пустота и тишина после постоянного чувства присутствия кого-либо в одном с тобой пространстве. Все это, не говоря уже обо всех переживаниях, совсем не способствовали нормальному отдыху. Да еще этот неотвязный аромат недавнего присутствия Захара при полном отсутствии сейчас. Странно, конечно, но, похоже, я бы предпочла даже его компанию в этот момент полному одиночеству. Пусть бы бесил и раздражал, но я бы тогда не казалась себе такой маленькой и никчемной, не нужной никому, свернувшаяся клубком на этой такой большой для меня одной кровати. Как там парни? Уже дома? Волнуются обо мне? Ненавижу тебя, долбаный ты златоглазый Захар. А Шмеля вообще хотелось удушить. И все же… Я предпочла бы видеть сейчас хоть кого-то, нежели быть одной. Когда я наконец пригрелась и отключилась, не уловила, зато проснулась резко, словно кто с постели скинул.