Дурман для зверя

— В смысле?

— Ты — полукровка, дочь человеческой женщины и двуипостасного. Я — чистокровный метаморф, и у меня три ипостаси.

Главное прозвучало до противного самодовольно, напоминая мне о всех его «ты никто, никчемное создание» в начале.

— Это такой способ сказать, что я тебе ни как человек, ни как чудище неведомо не ровня? — раздраженно толкнула его в обнаженную грудь.

— Я этого не говорил.

— Говорил, неоднократно, но не суть сейчас. Если ты оборотень — докажи. Давай, обратись, или как там это у вас называется.

— Это плохая идея, — покачал он головой, сразу отступая.

— Ага, я так и знала, что ты мне тупо по ушам ездишь! — торжествующе ткнула я в него пальцем. — Чего добиваешься? Тебе на кой нужна я ненормальная?

— Ты не поняла. Я тебя хочу, — он бесстыдно указал на свое готовое к бою орудие, — очень-очень сильно хочу. И как человек, и тем более как зверь. Мой волк сейчас вообще на грани помешательства. Представь, что будет, если я отдам ему контроль, учитывая, что звери имеют свойство добиваться желаемого самым прямыми и незамысловатыми путями.

— То есть ты… блин, он меня домогаться начнет? — опешила я, действительно красочно рисуя в разуме себе эту непотребную картинку.

— Станет настойчиво ухаживать, — ухмыльнулся Захар, плюхаясь на тюфяк, и похлопал рядом с собой: — Иди ложись."

"Все же мои мозги точно с каким-то серьезным изъяном, потому как от перспективы приставашек мохнатого монстра я умудрилась испытать сначала импульс острейшего возбуждения, обозвала себя конченой извращенкой за это, а потом пугающая зверюга в моем воображении каким-то непостижимым образом трансформировалась в мелкого склочного карликового Вольдемарчика, любимца тетки Анны, кобелька неизвестной породы, что вечно пытался трахнуть все и всех вокруг: от ее вышитых подушек и кошек до ног самой владелицы. За что она его любовненько обзывала «злыдень писюхатый». Последнее просто добило меня, и я в голос заржала и не могла остановиться несколько минут, пока до икоты не дошла. Утирая слезы, добралась до лежбища и завалилась на него спиной к сидящему Захару, продолжая то и дело сотрясаться от вновь подкатывающих волн идиотского веселья.

— Хм-мм… Чем бы ни была вызвана столь странная и бурная реакция, Аяна, я бы впредь не отказался слышать твой смех почаще, — прокомментировал котоволчара, вытягиваясь позади меня и подтягивая вплотную к себе.

— В общем так: этот подвал больше всего смахивает на логово маньячилы. Но меня ободряет то, что если бы ты хотел меня выпотрошить, как овцу, то мог сделать это сто раз раньше, не привозя сюда и не засветив перед свидетелями. Ну разве что у вас целая чертова секта маньяков-потрошителей…

— Аяна! Фантазия у тебя…

— Тш-ш-ш! Я закончу уж. Так вот.