Мой друг тролль

Руки изваянного парня были связаны за спиной, так что у бедолаги не было никаких шансов на спасение."

"Катя расслабилась. За скамейкой росли розы. Пахли они потрясающе.

Катя уже забыла, как нервничала минуту назад. Разве в таком чудесном месте может произойти что-то ужасное?

Прошло еще минут пять. Ротгара не было.

– Может, мы что-то перепутали? – забеспокоился Илья Всеволодович. Не решаясь присесть, он топтался между колонной и скамейкой, распространяя тяжелый запах пота, мазута и вареной капусты. Впрочем, его вины в этом не было. Как еще пахнуть мужику, который провел ночь в «поместье» Скаллигрима. – Может, это не ратуша? – Илья Всеволодович плюхнулся на скамейку рядом с Катей.

Катя тут же встала и переместилась к колонне. Соседство с бывшим боссом ей было неприятно.

У подножия колонны торчали из постамента каменные головы. Вода плескалась о ступеньки. На той стороне реки были пришвартованы белоснежные яхты, очень четко прорисованные в лучах восходящего солнца.

Катя посидела немного на постаменте, потом встала и направилась к выходу. На площадке, рядом с их «фольксвагеном», появилась еще одна машина. Не Ротгар ли приехал? Катя подошла поближе. Внутри никого не было. Катя покинула парковку и вернулась к колонне.

Илья Всеволодович сидел на прежнем месте и, хмурясь, глядел на дисплей своего мобильника.

– Что-то я не пойму, – произнес он, поднимая голову. – Что это за мужик? Вроде я его где-то видел…

– Что там у вас? – напряглась Катя.

– Эсэмэска пришла, – босс протянул мобильник Кате. – Одна картинка, без комментариев. Ты не знаешь, что это за урод? Может, намек какой? Ничего не понимаю.

Катя взяла телефон. Картинка была маленькая, но разрешение очень хорошее. Вполне достаточное, чтобы разглядеть нечто, обмотанное толстой цепью, лежащее на палубе какого-то корабля. Что это палуба, Катя догадалась, потому что в кадр попал кусочек спасательного круга и моток толстого каната. Того, кто в цепях, узнать было труднее. Больше всего он напоминал кусок сырого мяса. Но Катя все-таки узнала. По телосложению, по клочку пепельной шевелюры, торчащему из кровавой корки.

Карлссон.

У Кати закружилась голова и ослабели колени. Она плюхнулась на скамейку, чувствуя, как к горлу подкатывается комок. Что Ротгар с ним сделал?

– Ну? – спросил Илья Всеволодович. – Знаешь его?

Катя не услышала вопроса.

– Садист… – прошептала она. – Сволочь…

– Я думаю, это от Ротгара намек, – с дрожью в голосе предположил Илья Всеволодович. – Типа, только попробуйте меня подставить, с вами то же самое будет?

– Нет, – тихо проговорила Катя.

Она с трудом сдерживалась, чтобы не расплакаться.

– Он догадался.

– Кто догадался?

Катя не успела ответить.