Друг моего отца

 – Тем более раз ты сказал, что мне ничего не угрожает, и эти картины не мои.

– Я хочу тебе кое-что показать, – подал я принесённые документы. – Да, картины не твои. И они, возможно, отойдут Бломбергу, если он оспорит завещание твоего отца. Но вот всё, что есть у меня – твоё. И это немало. Все «Галереи», все деньги на моих счетах. Всё, что создал я. Если со мной что-нибудь случится, вся эта империя – твоя.

– Зачем, Арман? – выдохнула она. – Я освобождаю тебя от всех обязательств. Мне ничего не надо.

– Я знаю. Но это не потому, что я должен твоему отцу. Не потому, что чувствую свою вину. Уже – нет. Просто ты у меня – одна. Я составил эту доверенность и завещание в день нашей свадьбы. А не сейчас и не когда-то тогда. Для меня это важно. Ты знаешь почему.

Она не посмотрела, словно пробуравила меня взглядом.

– Ты сказал «уже»? Прочитал послание отца?

– Да, – выдохнул я.

Она сморщилась, почувствовав запах алкоголя, но промолчала.

Я знал: она не спросит, что в конверте и почему я пил. Она и не спросила. Моя.

– Если что, я буду у мамы, – неловко переминалась с ноги на ногу. – Больше мне некуда пойти. Но я не сбегаю, Арман, я просто хочу разобраться в себе.

Я поднял руки.

– Я тебя и не держу, понимаю. Но прежде чем уйдёшь, хочу тебя кое о чём попросить, – я набрал воздуха в грудь. Не думал, что это окажется так трудно. – Если однажды у тебя в руках окажется пистолет…

– Арман! – вспыхнула она. – Я не буду стрелять!

– Ян, ты хотела отомстить за отца. Нет, хуже, ты поклялась…

– Я не спецагент и не наёмный убийца, Арман, – перебила она. – Я не собираюсь сводить ни с кем счёты, а уж тем более с тобой. Жизнь больше глупых клятв и сложней данных когда-то обещаний. Куда важнее понять, чего хочешь и найти согласие с самой собой. Куда труднее найти того, кто важен и дорог, и потом его не потерять, – заблестели в её глазах слёзы. – Не смей прощаться со мной!

– И не собирался. Посмотри на меня, – взял я её за плечи. Дождался, когда она поднимет глаза. – Я через это прошёл. Я – знаю. А ты просто запомни. Если однажды у тебя в руках окажется пистолет, а на мушке – я. Не думай! Стреляй!.. Обещаешь?

– Да, – потекли по её щекам слёзы.

И я всё же прижал её к себе.

– Если что, ты знаешь где меня найти.

– Много не пей, – всхлипнула она.

– Я буду здесь, – упёрся я указательным пальцем, показывая на сердце. – Всегда.

Я снёс ей вниз чемодан. Посадил в такси. Помахал на прощание.

Ей и правда сейчас лучше быть подальше от меня."

"Сейчас что угодно, даже её мать, лучше, чем я. И хрен знает, как всё сложится.

Этот чёртов Зверь заварил такую кашу, что будь он сейчас жив, клянусь, я бы снова его пристрелил.

«…Твою жену убили из-за меня. И во всём что с ней произошло виноват не ты, а я. Романов-младший знал, что я её люблю. И знал, что я с ней спал.