Дропкат реальности, или магия блефа

Бывший соперник, а печется о нем почище родного отца.

– Даже не надейся, жить буду и тебя еще переживу.

– Язвишь, значит, точно будешь. – Тревога Эрдена слегка отступила.

Вечером же скорбная весть разнеслась по столице: всерадетель отбыл на услужение лично Хогану. После похорон верховного дланника и сорокадневного траура был избран новый, но это уже совсем другая история.

Эпилог

Четыре стяга красовались на шпилях угловых башен межрасовой академии магического мастерства святой Баяны – именно так буквально через год была переименована первая школа магии в империи. Дикое сочетание слов как-то прижилось в народе, а потому, не мудрствуя лукаво, сие учебное заведение так и обозвали в официальных документах, к несказанному веселью Ваурия и зубовному скрежету всерадетеля, которому таки пришлось отдать обитель на разграбление магической братии.

Мрачный монастырь, носивший имя святой мученицы, слегка перестроили, фасад подновили, и теперь глаз радовался от одного вида зубчатых башен, цветных витражей и шпилей. Академия получилась яркой, впечатляющей своей красотой, отделанной белым и только белым. Балконные балясины, наличники окон, зубчатые парапеты, башенки, высокие дымоходы, флюгеры, пилястры, русты – все было исполнено лишь в этом цвете, придававшем академии торжественный и величественный вид, создавая ощущение некоторой воздушности.

Вассария полюбила это место, словно заново родившееся после ремонта. Стены, до того слышавшие стоны и молитвы, теперь впитывали звуки заклинаний, детский смех, заговорщицкий шепот друзей и строгий тон преподавателей.

Стоя на ступенях парадного входа, лицедейка перевела взгляд на широкую речную гладь, величественно несущую буруны по своему широкому руслу. Вокруг осень уже раскинула свои золотые сети, в которые попались и березы, и липы, и даже дубы. Лишь лужайка, что размещалась между парапетом и брусчаткой двора академии, радовала глаз практически летней, насыщенной зеленью. Парапет, опять же – белый, служил символическим ограждением от крутого и высокого речного берега.

Вассария повернулась лицом к входным дверям. Завтра начало нового учебного года, все должно быть подготовлено. Как-никак в этом семестре прибывает делегация из Веремии, по обмену с тамошней школой чародейства. Васса перевела взгляд на парадный вход академии, над которым наконец-то заметила приветственную надпись, не очень крупную, к тому же намалеванную на белом же полотнище. Оная гласила: «С началом нового учебного года!» Рядом с восклицательной руной красовались чьи-то подштанники."

"«Ну вот и появилась еще одна традиция», – усмехнулась фьерра.