Древние

Попытка завалить Лёху явно провалилась, но маг хрипло и торжествующе захохотал. Трава мгновенно покрылась инеем и в следующий миг Дориан закричал уже от боли, пытаясь поднять израненные руки и прикрыть ими уши.

В сознание Стрижа хлынуло невыразимо-восхитительное нечто, похожее на голоса ангелов.

Он обернулся, уже зная, что увидит.

Из чарующих росчерков северного сияния на поляну шагнул первый демон.

Глава 15

Больше всего вышедший из разлома демон напоминал плод греха гарпии и горгульи. Кривые мощные когти на птичьих ногах взрыли заледеневшую землю не хуже плуга. Уродливая лысая башка, напоминающая оскаленный череп, покоилась на длинной изогнутой шее грифа. Перевитые мускулами руки венчали пыльцы с когтями, сделавшими бы честь и тигру, а за спиной трепетали крупные кожистые крылья.

Стриж мысленно пожелал всем художникам, что изображали гарпий как крылатых дев с обнажёнными персями, оказаться сейчас на этой поляне. Для повышения, так сказать, профессиональной квалификации.

Чарующая музыка звала и словно баюкала, притупляя чувство опасности. Словно Лёха намахнул за праздничным столом, повысив градус весёлости в ущерб здравому смыслу. И потому горгулью в радужном сиянии он рассматривал с искренним любопытством.

От этого занятия его булькающий хрип. Повернув голову, Стриж с некоторым удивлением увидел собственный костяной клинок, пронзивший грудь пленника. Он стремительно покрывался инеем, но это не вызвало никакого протеста в душе Лёхи.

Из разлома показалась вторая крылатая тварь, а за ней уже вырисовывался силуэт третьей.

«Может, стоило оставить его твоим приятелям в качестве дружеского жеста?» — безалаберно улыбаясь поинтересовался Лёха.

«Может ты заткнёшься и приготовишься к бою?» — удручающе-серьёзно рявкнула Белочка.

«Разве ты не поговоришь с ними, как с тем, рогатым?» — благодушно удивился Стриж, вытаскивая костяное лезвие из заледеневшего трупа Дориана.

Боль от входящего в руку демонического клинка практически не ощущалась.

«Если говорить понятным тебе языком, это — представители конкурирующего клана, — в голосе демона снова лязгал металл, но теперь это не вызывало дискомфорта. — И если ты не пошевелишься — мы станем кормом!»

Мысль о предстоящей схватке вызвала пьянящий азарт. Да, кровавая баня — это именно то, чего требовали поющие ангельские голоса. Он сложит горы парного мяса у сияющих врат рая!

Будто повинуясь его желаниям, из металлических перьев показались бритвенно-острые клинки. Словно у брони была собственная душа, также жаждущая битвы.

Оскалившись, Лёха натянул невесть когда сброшенную перчатку и шагнул впрерёд. Ближайшая гарпия обнажила острые зубы, превратившись в уродливое гротескное отражение Стрижа.