Месть невольницы. Истинная для дракона

Кто же заставлял его крутить шашни с наложницами короля? А вот одна оказалась не промах, разом получив свободу от обязательств перед гаремом и мужа, который столько нервов ей попортил своей ветреностью. Девушка, очевидно, когда заводила с ним отношения, надеялась на вполне логичное продолжение, которое не получила в свое время от короля. И что-то подсказывало Эммилии, что за свои страдания она спросит с бывшего советника втройне. Но ей не было его жаль. Напротив, в душе разрасталась какая-то мстительная благодать.

Эта драконица тоже когда-то сделала её жизнь в гареме несносной, и видеть её особенно не хотелось. Поэтому дать ей возможность уехать из дворца, прихватив с собой циничного Эдварда, — лучший из возможных вариантов. И при всем этом не чувствовать себя жестокой, отправив обоих в ссылку или тюрьму.

Как же отлично все сложилось. Вовремя и наиболее удачным образом.

Избавившись как минимум от одной проблемы и спокойно возложив на Арселя обязанности по подготовке армии, сама Эммилия углубилась вместе с сыном в изучение местных правил и порядков, не переставая принимать действенное участие в решении вопросов, касающихся восстановления дворца и торговли, сокращения бездомных и благотворительности. Параллельно изучала вопрос возможности отмены рабства.

Когда об этом услышала Эльма, то всполошилась.

— Госпожа, но если всех освободить, то они же уйдут.

Интересная мысль. Она, будучи свободной, но рожденная в этом мире и привыкшая к местным устоям, считает, что рабы сразу же разбегутся кто куда. Даже не задумываясь над тем, что у них нет крыши над головой и работы, нет средств для жизни и прочего.

— Им некуда идти, Эльма, — терпеливо объяснила Эммилия, — а если после освобождения рабы начнут уходить от хозяев в никуда, то только представь, какие у них условия сейчас, раз готовы на такое.

— У нас отношение к рабам не сильно отличается, только немного строже и все.

— Скажи мне, много ли ты видела рабов, кроме невольниц гарема?

— Нет, госпожа, только пару раз работников в соседних дворах.

— И в чем же отличается отношение к обязанностям между слугами и рабами, Эльма?

— Ну мы тоже выполняем приказы своих господ, и они… только они не могут отказаться или уйти.

— Прекрасно, Эльма. Прикажи я тебе сейчас сделать то, что навредило бы твоему здоровью, ты бы отказалась?

Служанка замялась, очевидно, боясь ответить.

— А если бы это угрожало твоей жизни? Или противоречило нормам морали? А рабы не могут отказаться. Кроме того, для них предусмотрены такие наказания, которым чаще не подвергают обычных слуг.

Эльма бросила короткий взгляд на её шею.

Да, так наказывали либо слуг, совершивших государственное преступление, либо особенно дерзко оскорбивших хозяина рабов.