Месть невольницы. Истинная для дракона

После неприятного инцидента, король извинился перед всеми, заверив, что человечка не в себе, и будет строго наказана за неподобающее поведение. Потом проводил гостей по комнатам лично. Его трясло от злости, и он хотел лично преподать ей урок. Ещё не знал, что именно сделает. Но ничего хорошего её точно не ждет. Как она посмела так себя вести? Отказалась исполнять приказ и развлекать гостей. Дала ему пощёчину при всех. Что она о себе возомнила? За всё это время так и не поняла, кто она есть? Значит, пришло время объяснить.

Поэтому когда они остались с Эдвардом вдвоём, первым делом спросил, куда он её вывоволок. Тот ответил так спокойно, что король не сразу понял, что он говорит.

— Почему в подвале? Какая измена? Какое оскорбление?

— Азар, дружище, она унизила тебя при послах, это приравнивается к государственной измене.

— Чему это приранивается, решаю я. При чем тут подвал? Снова плети?...

Догадка ударила по голове обухом.

— ТЫ ПРИКАЗАЛ ПОСТАВИТЬ МОЕЙ ПАРЕ КЛЕЙМО?!

— Постой, ты сам говорил, что она тебе не пара, и...

Азар шёл по коридорам, из последних сил пытаясь не срываться на бег. Его подданные не должны были видеть его в несолидном положении. Поэтому старался не торопиться, сам себя убеждая, что ничего страшного с ней не будет. Но все же не выдержал и на нижнем этаже уже бежал к страшной комнате. Издалека услышал её зов. Она звала его.

Ворвался в пыточную в момент, когда она в последний раз прошептала его имя. И страшно захрипела перед тем, как потерять сознание.

В руках палача — железка с пылающими рунами позора и остатками её кожи. Когда он вошёл, она не стояла, уже — висела на верёвках без сознания, истерзанная плетью. С клеймом на шее. В разорванном окровавленном платье. И как бы дракон не презирал слабую человечку, он впал в бешенство от мысли, что кто-то мог касаться её тела. Что ей причиняли нестерпимую боль. А он ничего не сделал.

— Как посмели без моего приказа?

— Так мне сказали, что господин советник приказал от Вашего имени...

— Снять её отсюда и вызвать лекаря. Быстро.

Палач начал торопливо развязывать верёвки, удерживающие хрупкое истерзанное тельце. Когда её тела коснулись чужие руки, он едва сдержался, чтобы не отрубить их прямо сейчас. И впервые король испытал жалость и сожаление. Никогда прежде не чувствовал такого. Ему даже хотелось самому подхватить её на руки, осторожно смыть эту жуткую кровь, снять порванное платье, укутать в мягкую чистую ткань, укачать и... Держать? Ему хотелось просто держать человечку в своих объятиях. Он не знал, зачем. Так показалось правильным.

Дракон был в бешенстве от того, что их пару кто-то трогал, а он сильный и смелый, не защитил, будто трус. Позволив покуситься на свое. Но король сдержал порыв. Он не должен показывать никому, что ему есть до неё особенное дело.