Сердце Дракона

Пока островитянин восстанавливал на ней охранные волшебные символы, Хаджар внимательно следил за обстановкой.

Больше всего место, в котором он оказался, походило на канализацию. Покатые, влажные стены, сужающиеся к своду, до которого можно было и рукой дотянуться. Покрытые черной плесенью и грибком. Старые, изрезанные глубоким трещинами, сквозь который стекала вязкая алая жидкость.

Она тягучими каплями падала в желоб, пересекающий пол по центру.

Сперва Хаджар подумал, что это некая разновидность смолы. Какой-нибудь волшебный алхимический ингредиент, который определенным образом влияет на сознание или энергию заключенных, но, присмотревшись, Хаджар лишь поспешно отшатнулся.

Черная, густая, застарелая, пропахшая болью и отчаяньем.

За время жизни в безымянном мире Хаджар уже привык, что во всех легендах есть лишь немного… легенды, в то время, как все остальное — сильно искаженная историческая быль.

Но вот к тому, что слухи могут быть не только лишь слухами, к этому еще предстояло приспособиться.

— Жуткое место, — Хаджар дотронулся пальцами до жидкости, текущий по желобу рядом с его ногами.

Как и ожидалось — это тоже была кровь.

— Ты себе не представляешь, варвар, — прошептал островитянин, закончивший восстанавливать магическую печать. — Я видел здесь такое…

Хаджар посмотрел на друга скептическим взглядом, а затем, показательно, вытер кровавые пальцы о влажную, от сырости, стену.

— Хм… хотя, да — ты-то, как раз, знаешь, — спохватился лысый.

Вместе они пошли мимо остальных камер.

— Это нижний уровень их цитадели, — Эйнен аккуратно перешагивал через тела охранников. Никто из них не был убит — лишь мирно спали. Кто-то свернувшись калачиком, подложив под голову свое оружие, другие и вовсе — посасывая большой палец и что-то вереща. — Не беспокойся, когда они проснуться от моего зелья, то ничего не вспомнят.

— Знаешь, друг мой, я бы не беспокоился, даже если бы ты сказал, что они “не” проснуться.

Эйнен лишь “криво улыбнулся”, хотя, как обычно, внешне выражение на его лице никак не изменилось.

— Ты сказал нижний этаж — есть другие?

— Я насчитал девять, — ответил лысый. В данный момент, пройдя через отворенную решетку, разделявшую коридор на две половины, он принялся, в той же ловкой и быстрой манере, восстанавливать печать и на ней. — Здесь держат самых опасных… гостей. Чем выше — тем все более цивилизованно. Что, как мне кажется, весьма метафорично и…

— Можно я прерву твои философствования, островитянин, до того, как ты их начал? И, ели что, это риторический вопрос.

— Варвар, — только и ответил Эйнен.

Пока тот возился с решеткой, Хаджар подошел к одной из камер. У той не была закрыта задвижка, которую охранники отодвигали, чтобы посмотреть, что происходит с пленником.