Сердце Дракона

— Ей сложно увидеть, когда смотришь глазами, — голос у первого из Дарханов тоже изменился. Он стал глубже, суше и как-то… спокойнее, что ли.

— О чем ты, Черный Генерал?

Величайший воин в истории безымянного мира поднял на Хаджара свой взгляд, а затем вновь устремил его куда-то вглубь себя.

Раньше, стоило только упомянуть имя, данное ему богами, как Дархан моментально терял самообладание. Теперь же он почти никак не отреагировал на озвученное рабское клеймо.

— Я не твой… — хотел было возразить Хаджар, но лишь устало отмахнулся и не стал договаривать. — У меня нет времени на твои уловки, Черный Генерал. Мне нужно понять, почему с открытыми глазами я ничего не вижу, а когда закрываю, то оказываюсь внутри своей души.

Хаджар чувствовал, как мистерии проникают в его сознание. Как они сплетаются со всеми тайнами и загадками, которые он встречал прежде.

Все, что он пережил, все, что узнал об этом мире, все это вело его именно к этому моменту. Именно к осознанию этой тайны.

Тайны, истины, мистерии — называйте как хотите. Но именно она должна была сделать из него — ползающей гусеницы, воспарившую в небе бабочку.

— Мне кажется, ты уже и так все понял, ученик, — ветер трепал изорванный плащ Черного Генерала, игрался с его белыми волосами. — Осталось только посмотреть себе под ноги.

Хаджар опустил взгляд.

Туда, где качалась трава.

Туда, где должна была качаться трава.

Туда, где вдалеке, в бескрайнем мире его души, сияла игольной вспышкой Река Мира.

Огнешь вдруг почувствовал что-то. Что-то, что заставило его крепче вцепиться в крепостную стену Сухашима.

— Вы тоже чувствуете?

— Посмотрите на это!

— Проклятье… камни дрожат на ветру?!

— Но ведь ветра нет!

Эти и им подобные крики заполнили древнюю крепость.

Огнешь и стоявший рядом с ним Гурам смотрели на то, как при полном штиле, вертится флюгер на крепостном шпиле и как, будто при тайфуне, дрожат маленькие камешки на земле.

Одновременно, не сговариваясь, они обернулись к перекрестку четырех дорог. И на этот раз вместо ревущего торнадо белого пламени они увидели уже совсем иное торнадо.

Синий, северный ветер, поднимался к самому небу и драконьим клыком пронзая серые, снежные тучи, устремлялся куда-то к небу.

— Что это? — выдохнул Хаджар.

Там, под колышущейся травой, он увидел Реку Мира. Её глубокие воды, внутри которых звездами горели бесчисленные духи. Начиная от Духа Меча, заканчивая Духом Щепки, отколовшейся в пятницу от ножки стула, проданного торговцем за бесценок деревенскому пастуху.

Все, что было обозримо и необозримо в этом безымянном мире имело в свое отражение в Реке Мира.

И она текла под ногами Хаджара.

— Путь к Седьмому Небу, — Черный Генерал сидел все так же неподвижно.

Хаджар повернулся к нему.