Дозоры

Но уже в которой раз Алия творит магию, доступную лишь магам высшего дивизиона.

Волшебница протянула руку, и темное облачко опустилось ей на ладонь.

– Я почувствовала замешательство чертенка и пришла проверить. Увидела подмену и решила задержаться. Ты же хотел найти хозяина?

– Последний раз за мной следили до твоего рождения. Захотелось узнать, кто настолько самонадеян. Ты и впрямь уловила подмену на расстоянии?

Алия сжала пальцы, имп пискнул и растворился в воздухе.

– Да. Это проще, чем ты думаешь. Надо лишь стать частью Сумрака. Не пытаться подчинить или управлять. Слиться, стать единым целым… Тогда все изменится. Больше не будет расстояний. Исчезнут хитросплетения заклинаний. Ты просто придашь ему нужную форму, уйдешь в одном месте и появишься в другом…

– Ты пришла прочесть мне лекцию?

– Нет. – Алия судорожно сглотнула. Кажется, она была взвинчена до предела. – Юра, ты знаешь, я никогда ни о чем тебя не просила. Сегодня прошу. Всего одна просьба. Если в тебе есть хоть что-то человеческое, исполни ее, и ты больше никогда меня не увидишь.

– Я слушаю.

Слова давались волшебнице с трудом. Я только сейчас не понял – почувствовал, как тяжело далось ей наше расставание. Понял, что она сотни раз переживала тот день. Короткую встречу на пустой заснеженной площади с одиноким монументом. Теплый, липкий снегопад. Стучащий вдали трамвай. Тусклый желтый свет фонарей. Односложные вопросы, односложные ответы и вечное: «Нам нужно расстаться». Иногда Иные говорят и думают совсем как люди.

– Ты, наверное, знаешь: когда мы расстались, я уехала из страны.

– Знаю. В Индию. Дозор Дели прислал уведомление о том, что тебе выдана временная регистрация.

Алия слабо улыбнулась.

– В Дели мы пробыли недолго. Меня распределили в Бхопал – город семи озер. По тем временам невероятное везение. Мало кто из советских студентов мог пройти практику в американской компании. И не в какой-нибудь заштатной конторке, а на заводе «Юнион Карбид». Но мне помогла слепота… У них какие-то особые программы для инвалидов. К тому же они, наверное, решили, что слепая девушка мало что может рассказать КГБ.

Внезапно я понял, чем закончится рассказ Алии. Бхопал, тысяча девятьсот восемьдесят четвертый год… Это не могло быть простым совпадением.

– Завод оказался ужасным. Настоящая клоака. Знаешь, я всегда думала, что рассказы об ужасах капитализма – просто политическая агитка, но когда столкнулась с ними сама…

Голос Алии дрогнул."

"– Все нормы нарушены, полная антисанитария, запах… Там ведь рабочие от химических отравлений заживо гнили. Понимали, но все равно работали. Деньги по индийским меркам были сумасшедшие. Я иногда, когда их мыслей касалась, даже радовалась, что не могу увидеть, как все выглядит. И Сумрак там другой.