Дозоры

– …я тебе одно скажу, – убежденно говорил широкоплечий. – Нынешнее устройство общества защищают те, кто после развала Союза стал жить лучше. Те, кто стал жить хуже, выступают за Союз. Вот и вся правда. А поскольку большинство живет хуже, оно и готово вернуть все назад.

– Ну, положим, большинство лежит на диване и пьет пиво, – очкарик достал из нагрудного кармана платок, промокнул потный лоб, – но дело не в этом. Раньше большинство могло позволить себе не работать. Так, ходить на работу, читать газетку, устраивать перекуры каждые полчаса и все равно получать зарплату.

– Зато сейчас офисные хомячки урабатываются, сидя в Интернете и продавая айфоны в «Евросети»!

Широкоплечий сделал шумный глоток. Очкарик сморгнул.

– Ну, положим, не все сидят в Интернете. А если и сидят, то это их дело. На фоне этого планктона те, кто готов работать, легко выбьются в люди. А в СССР была уравниловка: работай не работай – все едино. Вот тебе десятилетняя очередь на квартиру, вот шесть соток в зубы, а если будешь вкалывать по двадцать часов в сутки, дадим место на Доске почета. Офигенная компенсация.

– Зато теперь полный порядок – пять процентов живут за счет семидесяти пяти, а оставшиеся двадцать, довольно похрюкивая, вместо десятилетней очереди на квартиру по десять лет выплачивают автокредит!..

Я вполуха слушал спор студентов, никогда не живших в Союзе и знакомых с ним по рассказам родителей. Судя по всему, родители одного Союзу были лояльны, другие держали в кармане кукиш. Меня такой разговор устраивал. Парни раскрепостились, эмоции брызгали фонтаном, корректировать вспенившуюся ауру, как ни странно, проще, чем спокойную, уравновешенную.

Я осторожно коснулся разума собеседников, привлекая к себе внимание. Оба как по команде повернулись.

– …А вот давай спросим. – Широкоплечий поднялся и подошел к моему столику, сел напротив. – Прошу прощения, вы не могли бы уделить нам минуту внимания?

– Мог бы. – Я протянул руку. – Юрий.

Кажется, широкоплечего такая реакция немного сбила с толку. Однако рукопожатие вышло крепким. Я критически осмотрел фальшивую ауру. Неплохо, но темновато. Придется немного затянуть разговор.

– Эдуард. Можно просто Эдик. Понимаете, мы тут с товарищем поспорили… Вот скажите, вы бы хотели вернуться в Советский Союз?

– Нет.

– Почему? – моментально ощетинился атлет.

– Меня все устраивает.

– Вы считаете, что после развала СССР стало лучше?

– Кому?

– Да хотя бы вам!

Я аккуратно вплел в ауру еще одну линию Силы, осветляя общую гамму.

– Для меня ничего не изменилось. Я в состоянии сам устроить свою жизнь. Что при Союзе, что сейчас.

Большинство сочло бы фразу дешевым хвастовством, но на широкоплечего она произвела нужное впечатление.